Измена. Сколько стоит твое прощение?

Глава 13

Сквозь сон чувствую, как кто-то легонько поглаживает мои бедра. Приоткрываю глаза и вижу бородача, сидящего у меня на диване.

Резко подрываюсь и забиваюсь в угол дивана, поджав ноги и прикрывшись одеялом.

— Ты что себе позволяешь? — рычу в ярости.

Бородач от неожиданности отдергивается. Переводит глаза на меня и мерзко улыбается:

— А ты ничего такая баба, — встает с дивана.

— Не смей меня больше трогать! — выпучиваю глаза на мерзавца.

— Да тише ты, тише. Пойдем, тебя Верусик зовет на завтрак, — подмигивает и выходит из зала.

Сердце бьется как бешеное. Сижу, укутавшись в одеяло, и пытаюсь понять, что это сейчас произошло. Это, интересно, шутки у него такие? Или он всерьез решил ко мне подкатывать? Сколько времени он, интересно, так просидел рядом со мной? Хорошо, что хоть я решила спать одетой, так как в комнате было довольно свежо. Нужно рассказать всё Вере! Пусть и она знает, с кем живет. Где она его только взяла?

Прихожу в себя, скидываю одеяло и встаю с дивана.

Сколько, интересно, сейчас времени?

Подхожу к окну и отдергиваю шторы. В глаза бьет яркий солнечный свет. Видимо, уже обед. Так хорошо спала, что даже любовные игрища этих двоих не помешали мне уснуть. Хотя поначалу пришлось поворочаться под их серенады.

Подхожу к зеркалу и поправляю рукой волосы, растрепавшиеся после сна. Оглядываюсь по сторонам в поисках расчески. На каждой полке старого шифоньера небольшой бедлам. Такое ощущение, что тут прибирают раз в год.

Так и не найдя расческу, иду в ванную. Умываюсь и чищу зубы пальцем. Хорошо, что хоть зубная паста присутствует.

Немного приободрившись, выхожу и иду на кухню.

Зайдя, вижу Веру и бородача, сидящими за столом и поглощающими яичницу.

— Что так долго? Мы уже почти всё доели, садись, присоединяйся, — бормочет Вера с набитым ртом.

— Ага, — одобрительно киваю.

Голова раскалывается от вчерашней суеты и резкого утреннего пробуждения. В животе урчит. Даже эта не очень красивая яичница вызывает зверский аппетит.

Присаживаюсь за стол и пододвигаю к себе тарелку.

Краем глаза замечаю, что бородач таращится на меня. Значит, мне не показалось, что этот татуированный глаз на меня положил. Я хотела рассказать всё Вере наедине о своем пробуждении. Но, видимо, тянуть нет смысла. Кто его знает, что он еще захочет учудить.

Проглатываю слюну, скопившуюся во рту от запаха яичницы:

— Вер, — задумываюсь на секунду.

— У-у-у? — поднимает глаза на меня.

— Твой мужик приставал ко мне, — киваю в сторону бородача.

Вижу, как глаза Веры расширяются от услышанного.

— Что ты сказала? — поворачивается на бородача.

Тот от удивления кладет вилку и отодвигается от стола:

— Тише, Вер, да она гонит, — прикрывается ладошками.

Сестра переводит взгляд на меня:

— Что он сделал? — Вижу, как она яростно сжимает вилку.

Такой я сестру никогда не видела. Видимо, зря я это сказала. Теперь будет совесть мучать.

— Он гладил меня, пока я спала, — выдавливаю из себя.

— Да я просто разбудить ее хотел, ты же сама попросила, — бородач кидает презрительный взгляд в мою сторону и крутит палец у виска.

— А ну пошел в комнату! — кричит Вера, ударив рукой по столу.

Вздрагиваю от неожиданности.

Бородач нервно поднимается и подходит к Вере, обняв ее со спины:

— Верусик, ты же знаешь, что я только тебя люблю! — Пытается поцеловать в щеку.

Сестра выкручивается от негодяя:

— Вали, сказала, в комнату! Потом разберемся.

Хмыкнув, бородач выпрямляется и с недовольным лицом выходит.

Тяжело выдыхаю, смотря на Веру:

— Прости, я не хотела, чтобы так получилось, — поглаживаю по плечу.

Вера делает глубокий вдох и осторожно кладет вилку на стол:

— Слушай, Кать, я не знаю, что у тебя там произошло с Егором, — смахивает мою руку. — Но если ты решила моего мужика увезти, то знай. Я тебе этого не дам сделать. Тут же вылетишь из моей квартиры! Поняла?

Теряю дар речи от слов сестры. Она считает, что это я специально соврала? Неужели и правда подумала, что мне ее мужик нужен? Не такой реакции я ждала от двоюродной сестры!