Измена. Слушай своё сердце

Глава 6.

Стою, мою посуду и молча слушаю его беспечную болтовню.

Злюсь, но даже больше не на него, а на себя. За то, что была такой слепой и глухой.

Он говорит, что эта командировка неожиданная. Партнёры пригласили его посмотреть какой-то объект, в который они могли бы вложиться все вместе.

— Я буквально туда и обратно, — словно оправдывается он.

Не знаю, как поступить в этот момент, и не могу ответить даже самой себе.

Закатить скандал и сказать, что я всё знаю? Дать ему по морде и упрекнуть в подлости?

Сейчас так делать крайне глупо, на мой взгляд, потому что прямых доказательств его измены у меня ещё нет. А то, что есть — недостаточно.

Ну скажу я ему, что знаю о его поездке с кем-то в Сочи, и дальше что? Уверена, он покрутит у виска и скажет, что я неожиданно стала ревнивой.

Но главное, это действительно будет выглядеть так, потому что я раньше никогда его не ревновала. Он просто ни разу не давал повода.

А как ещё можно поступить? Притвориться, что я ничего не знаю, и помочь ему собрать чемодан?

Как спросила меня Ася: «Ты какая — слепая или зрячая?» Да, здесь она безусловно права: выбор только за мной, иначе быть не может.

— Наташа, ты слышишь? — Его голос выдёргивает меня из мыслей. — Что с тобой? Ты словно не здесь сейчас. Сама же спрашивала, как дела. Вот, я рассказываю, а ты где-то витаешь.

— Что? Прости.

— Ты поможешь мне? — Муж теперь недоволен.

— В чём? — спрашиваю, не понимая, что он от меня хочет. Я прослушала половину.

— Вещи. Я о них. Поможешь собрать? Пару рубашек, костюм. А ещё мне нужно пару шортов и лёгких маек. Там очень тепло сейчас.

— Слушай, а давай я поеду с тобой? — неожиданно выпаливаю предложение, хотя понимаю, что это невозможно.

Но мне так хочется услышать, что он на это скажет.

— Со мной?

Эд теряется, и я замечаю, как его глаза начинают бегать. Он явно не ожидал такого предложения.

— Ну да.

— А дети? — произносит фразу, которая обрубает все мои предложения на корню.

— Дети... Верно.

Действительно, дети всегда на мне, я никогда не прибегала ни к услугам нянь, ни к услугам помощниц. Даже родителей не просила о помощи.

Как-то привыкла всё сама. Наверное, в этом и есть моя ошибка. Приучила своё окружение к тому, что я справлюсь с любой ситуацией.

— Ты же сама каждый день занимаешься с Майей. И тренировки у Ромки. С этим как быть?

— Забыла… Но, думаю, не всё так страшно.

— Разве? — Вижу, что он сомневается в моих словах.

— Конечно! Майя уже взрослая, она заканчивает среднюю школу, —заявляю как неоспоримый аргумент. — Я уверена, она справится сама со своей учёбой. Ну, или с репетиторами. Хватит мне над ней сидеть. А Ромка... — Делаю паузу, пытаясь собраться с мыслями и быстро придумать что-нибудь подходящее. — Давай для него найдём на время, пока нас не будет… сопровождающего?

Муж ничего не отвечает. Он просто мнёт салфетку в руках, и я замечаю, как его пальцы слегка дрожат.

Он нервничает, хотя старается этого не показывать.

А мне прямо хочется крикнуть ему в лицо: «Тебе не повезло, я всё знаю! Можешь не больше не притворяться, обманщик и предатель!».

Но я молчу, словно боюсь, что после этой фразы у меня не останется выбора, кроме как собрать его вещи и попросить уйти прямо сейчас.

Но так ли просто это сделать, если я оказалась к этому не готова? Ведь нас слишком много связывает: годы совместной жизни, дети, дом и куча всего другого.

Слишком тяжело будет всё это разорвать одним резким движением.

Больше всего мне сейчас хочется сбежать из дома. Побыть одной, чтобы, наконец, разобраться в своих чувствах. Благо за Ромкой ехать надо.

— Алло, Ася. — Звоню подруге и включаю громкую связь, смахивая слёзы, которые предательски накатывают.

— Да, милая. — Её голос звучит привычно и по родному. — Ну что, сказал? — Она догадывается, почему я звоню.

— Сказал. Ты была права.

— Да, к сожалению, да, я была права, — тяжело вздыхает подруга. — Приезжай ко мне? Выпьем, поговорим, обсудим ситуацию.

— Я не могу. Я за сыном поехала, мне нужно забирать его с тренировки.

— Да, забыла, — слышу её привычный вздох возмущения. — Ты же у нас вечно в обязательствах и обязанностях. Все могут уделить себе время, кроме тебя. А муж твой, кстати, что в это время делает?

— М-м-м, — не нахожу, что ответить.

— Отдыхает, — сама говорит за меня. — Надо было мужа своего попросить. Лучше бы он сам за сыном съездил. Ты и так уже еле ноги таскаешь, пытаешься совместить несовместимое! Наташа, сколько можно? А главное, зачем тебе это надо?!

Подруга отчитывает меня, как десятиклассницу, но в её словах нет злости — только привычная забота. Раньше такие разговоры вызывали во мне раздражение, теперь же я бесконечно ей благодарна. Ведь по сути, она единственная, кого волнует моя усталость и загруженность.

Ни мужа, ни детей, а подругу! Дикость какая-то!

— Да, я почему-то даже не подумала о том, чтобы предложить Эду съездить за сыном, — признаюсь честно. — Он обычно приходит поздно, вот я и привыкла всё сама.

— А вот и напрасно! Если бы он был занят семьёй чуть больше, чем своей работой, может, и думать о других бабах было бы некогда! — отрезает, и мне нечего на это ответить.

Смотрю в окно, на мелькающую за стеклом улицу, и чувствую, как тяжесть на душе становится невыносимой.

Ася права... Я слишком много взвалила на себя, слишком много позволяла ему.

И теперь, когда он уезжает, я остаюсь одна с теми же проблемами, что и всегда. А ему даже в голову не приходит: а справлюсь ли я? Естественно, справлюсь!

— Наташа, ты всё ещё здесь? — Голос Аси вырывает меня из раздумий.

— Да. Я... подумаю над твоими словами.

— Хорошо, — говорит теперь мягко. — Прости меня, я опять полезла не в своё дело. Я помню про наш уговор не учить друг друга жизни, но всё равно хочу тебе сказать: Наташка, ты не одна. Я всегда рядом.