Измена. Снова сделаю своей

Глава 26

— Спасибо, — выдыхаю, лихорадочно сгребая с подставки и заталкивая в сумочку коробочку с тестом.

Она жжёт мне пальцы, а голова раскалывается от суматошных мыслей.

Свою утреннюю дурноту я игнорировать уже не могла, поэтому сегодня сделала то, что, возможно, сразу должна была сделать.

Эта ситуация просто не укладывалась в голове. Доводить тело до откровенной суматохи было, конечно, пока ещё рано, но я шестым чувством всё чуяла. Всё знала, всё понимала.

И худшего момента для таких новостей сложно было придумать. Я просто не представляю, во что превратится моя жизнь, если всё подтвердится и Жаров узнает…

Узнает Жаров, узнают все остальные, включая его бесноватую мать и любовницу, которая успела мне заявить, что в целом, если понадобится, не погнушалась бы меня и придушить.

Но сейчас-то меня никто всерьёз не донимал по причине моей относительной безвредности и почти полного отсутствия интереса со стороны мужа.

Однако скоро всё могло измениться.

Сглотнув перегородивший горло комок, я добрела до такси, но довези меня до самых ворот дома оно не успело — телефон зазвонил, и я попросила высадить меня у въезда в парк, от которого я собиралась добраться до дома пешком.

Сунув в ухо наушник, сняла трубку.

— Здравствуй, Поля.

— Вы наконец-то дозрели до того, чтобы привести свои доводы в пользу нашего дальнейшего общения? — предположила я насмешливо.

Называвшаяся моей матерью позвонила мне в такой момент, когда я чувствовала себя особенно уязвимой и нестабильной. С одной стороны, я буквально жаждала отвлечь себя от лихорадочных мыслей хоть чем-то. С другой… я не планировала отмахиваться от того факта, что не собиралась ничего в общении с этой дамой спускать на тормозах. Общение с ней могло принести мне пользу в одном единственном случае — если окажется, что она действительно может как-то повлиять на ситуацию и избавить меня из клетки, в которой я оказалась заперта по воле отца.

— Не думаю, что разумно обсуждать такие важные темы по телефону, — голос в трубке звучал до противного рассудительно. — И всё это… в процессе. Я позвонила, чтобы узнать, когда мы могли бы снова увидеться.

— Дайте подумать, — вполголоса проговорила я. — Предлагаю вам никогда. Никогда вас устроит? Мне, например, подойдёт идеально.

— У тебя что-то случилось? — даже не потрудившись отреагировать на мой ядовитый ответ, спросила она. — Я просто по голосу слышу…

Слышит она.

Никак материнские сверхспособности в ней заговорили. На расстоянии чует какие-то перемены в жизни дочери, с которой не зналась столько лет. А теперь вдруг приспичило.

— Вы случились. И я уже тысячу раз пожалела о том, что согласилась с вами общаться. У меня не будет в ближайшее время возможности увидеться с вами. Мой муж с большим подозрением отнёсся к моей последней поездке. Если он точно ничего пока и не знает, то как минимум понимает, что я не просто на прогулке была. У вас ведь нет желания лично знакомиться с зятем? Значит, придётся нам с вами прекратить эти шпионские страсти. Ничем вы мне помочь на самом деле не сможете, поэтому до свиданья.

И я отключилась, ощутив укол острой досады, притом на себя. Тем более что она и возразить-то на моё решение толком ничего не успела. Но я сбежала от дальнейшего разговора, потому что слишком хорошо понимала — сейчас на первый план, очень возможно, выйдет совершенно новый вопрос. И он для меня куда актуальнее всего остального, он напрямую касается того, как я буду дальше жить свою жизнь.

Добравшись домой, я стремительной ланью домчалась до спальни и заперлась в уборной.

И вышла оттуда с зажатым в руках тестом и остановившимся взглядом

Две полоски.

Господи, я жду малыша. Я действительно жду малыша…

Смесь непередаваемых эмоций охватила меня, грозя раздавить, смять, запутать.

Я не знала, что делать и как правильно поступить. Я не могла предугадать ничего. Но самое главное, я не могла представить, как на эту новость отреагирует мой супруг, который после общения с докторами будто уверился в том, что после той самой трагедии новой беременности можно особенно и не ждать…

Никто этого стопроцентно не утверждал, и крест на моей способности забеременеть вроде бы и не ставил, но ощущение фатальности с тех пор витало над нами, невысказанное, но ощутимое.

Не помню, когда я подпала под его влияние. Видимо, настроения мужа оказались куда более заразными, чем мне представлялось…

А теперь…

Громкий стук в закрытую дверь спальни заставил меня подскочить на месте и выронить тест. Я поспешно сгребла его с пола и кое-как затолкала в карман домашней кофты.

Сейчас не время подливать масло в огонь и раздувать его паранойю, поэтому я метнулась к двери и отомкнула её.

И не успела порадоваться тому, что Жаров не стал допытываться, почему я дверь запирала. Вместо этого окинул меня взглядом и процедил:

— Ты во время своей прогулки виделась с какой-то женщиной. Сэкономь нам обоим усилия и время — не отпирайся.

Господи, а об этом кто ему доложил? Нас всё-таки кто-то заметил?..