Измена. Спаси меня, Чудовище

1.1

— Кто-то преследует... тебя? Да кому ты нужна, клуша домашняя! — Ярослав смерил меня холодным насмешливым взглядом. — Это твоя очередная выдуманная драма?

— Твоя измена — не выдумка, и привела к реальным последствиям. К нашему разводу! Я не шучу, Яр: вчера вечером на меня напали, передав от тебя привет.

— Что это значит?

— Я надеялась, ты мне расскажешь.

— Не расскажу, — хмурит брови. — Совершенно не понимаю, о чём ты говоришь. И вообще, разве ты не уезжала в другой город?

— Откуда ты знаешь?

— Я знаю всё и даже больше.

Первую неделю июня я действительно провела в рабочей поездке, чтобы посетить семинар на тему развития личного бренда. То, что перед нашим разводом бывший муж назвал «образом жизни домашних клуш», теперь моими стараниями направлено в новое и более успешное русло — в небольшой развивающийся бизнес.

Если раньше Ярослав ворчал на тему того, что я застряла в роли кухарки, помешавшись на бесполезной выпечке печенья, то что он сказал бы теперь, если бы узнал, что у меня появились настоящие ценители моего дела, готовые платить за мой труд?

Но, возможно, он и о моих успехах в курсе.

Осведомлённость Ярослава о том, где я нахожусь, только больше уверяет меня в том, что именно он может быть замешан во всех неприятностях, что случаются со мной в последнее время.

— Зачем тебе знать о моих передвижениях? — спрашиваю.

— Профессиональная привычка, — отмахивается он от моего вопроса, как от чего-то лишнего. — Что значит «угрожает, преследует и запугивает?».

Теперь передо мной не оскорблённый мужчина, которому смеют не поклоняться, а настоящий профессионал.

— Всё началось в этом месяце. Пока я была в другом городе, мне приходили анонимные угрозы с удалённых аккаунтов под постами в моём блоге. Теперь я вернулась, но обнаружила, что входная дверь дома облита краской. Угрозы при этом всё ещё приходят.

— А вчера на тебя напали.

— Да, со спины. Некий мужчина схватил меня за шею и пригрозил, что если я дёрнусь, то он сделает мне больно. Передал от тебя «привет» и просто... ушёл.

— Ты не видела его лицо? — Акулов подался чуть вперёд и заинтересованно прищурился.

Глазами он опустился с моих губ вниз — прямо к шее. Словно ищет там отметины, оставленные вчерашним вечером.

— Он велел не дёргаться, — повторяю. — Я не стала на собственной шкуре проверять, есть ли у него какое-либо оружие или нет.

— Ты на машине?

— Нет.

— Идём, — он встаёт из-за стола и, обойдя меня, широкими шагами направляется к двери.

Мне ничего не остаётся, кроме как последовать за ним.

— Ярослав Игнатович, встреча с партнёром через пять минут! — вскакивает его секретарша при виде нас.

— Отмени её, если не захочет ждать.

Мы идём вдоль офисного коридора, встречая попутно удивлённые лица сотрудников, которые всё ещё помнят меня, как скромную жену Чудовища.

— Куда мы идём? — спрашиваю.

Я едва поспеваю за его широкими шагами.

Ярослав оставляет мой вопрос без ответа — очередная профессиональная привычка.

Он ведёт меня к лифту, и вскоре мы оказываемся внутри тесной кабины, в которой пространство словно сжалось, оставив меня наедине не только с Ярославом, но и с воспоминаниями.

Он нажимает кнопку первого этажа, а я думаю о том, что эта цифра ему очень идёт. Украдкой бросаю взгляд на его руки — те самые руки, которые когда-то ласкали. Теперь они скрываются в карманах брюк, словно чужие.

Акулов пахнет всё тем же одеколоном — тот самый запах, который когда-то сводил меня с ума.

И смотрит, всё ещё смотрит на меня, думая, что я ничего не замечаю.

Я не должна, действительно не должна замечать всё это.

— Так, — заговорил Ярослав, решив нарушить звенящую тишину. — Как прошла твоя поездка?

Я смотрю в сторону, так как совсем не горю желанием разговаривать.

— Моя поездка прошла прекрасно, — говорю негромко, неохотно. Помолчала и добавила:

— Очень. — мой голос столь тих, что даже я сама едва расслышала произнесенные слова. — Но тебя это не касается.

Ему действительно интересно? Или он играет роль?

Ярослав молчит. Ему всегда довольно легко удавались непринужденные беседы на посторонние темы, хотя он больше человек дела, а не слова. Но сейчас, с новой версией меня, отрастившей зубы, всё стало по-другому.

Мы спускаемся на первый этаж, затем направляемся к подземной парковке, где Акулов ведёт меня к своей машине.

— Едь домой и собери всё самое необходимое, — бросает он мне свои ключи так резко, что я едва не роняю их. — Сегодня ты меняешь место жительства.