Измена. Спаси нашу семью

Глава 20

— Да? — отозвалась я как можно более спокойно и буднично.

Распухшее и мокрое от рыданий лицо всё равно не сумело бы скрыть мой обман, но я не собиралась сдаваться без боя. Я надеялась, что сумею отделаться от неё без дополнительных объяснений. К тому же я и объяснять ничего не обязана. Мои слёзы — моё личное дело.

Поэтому я успела провести пальцами по щекам и повернулась к экономке в пол-оборота:

— Вам что-нибудь нужно, Зоя Константиновна?

К сожалению, она не соизволила ничего мне ответить, пока не поравнялась со мной.

— Вообще-то, Елизавета Павловна… — мастерски подражая моему фальшиво ровному тону начала она, но замолчала, увидев моё лицо.

Ч-ч-чёрт… сейчас начнётся. Сейчас в меня полетит какая-нибудь новая гадость. Потому что эта змеюка никогда не упустит…

— Что случилось?

И тон настолько требовательный и не подразумевающий возражений, что неподготовленного человека без труда ввёл бы в ступор.

Я вдохнула и выдохнула, ощущая, что внутри ещё ничего толком не угомонилось. Но никто мне времени на передышку давать не собирался.

— У меня… застёжка на платье сломалась, — прогундосила я, с отвращением отмечая, как отяжелело от слёз в носоглотке.

Зоя Константиновна скосила свой ястребиный взгляд на мой правый бок.

— Заело?

И этот деловитый, лаконичный вопрос оказался до того неожиданным, что я грешным делом решила, будто у меня на нервной почве разыгрались галлюцинации

— Что?..

— Вы оглохли? — не меняя тона осведомилась экономка. — Замок заело?

— Д-да, — я ещё и кивнула для верности, растеряв вскоре желание спорить и огрызаться. Желание выбраться от сковавшей меня жёсткой ткани становилось невыносимым.

— Идёмте, — скомандовала она, развернулась и пошагала куда-то в противоположном направлении от курса, который взяла я.

Поколебавшись всего пару мгновений, я последовала за ней.

Мы спустились на пустовавший сейчас первый этаж, свернули вправо, под лестницу, откуда короткий освещённый коридорчик выводил в том числе в подсобные помещения.

Миновав пару ничем не приметных дверей, у следующей мы остановились. Зоя Константиновна нажала на ручку, вошла и щёлкнула включателем.

— Входите, — раздалось приглушённое.

Просторная, строго обставленная комната. Стол, комод, какие-то шкафы, несколько стульев, низкий широкий диван и телевизор на стене между окон. На жилую комнату это не походило, но я не взялась уточнять, куда она меня привела.

— К столу, — указала она и вжала кнопку на плафоне крепившейся к столешнице длинной лампы.

Проворно повернув и опустив её так, чтобы видеть мой бок с бунтовавшей застёжкой, велела:

— Предупредите, если сильно потяну или нажму.

Я молча кивнула, обалдевая от происходящего. И пока обалдевала, упрямая застёжка сдалась и поползла вниз.

Ойкнув, я едва успела подхватить едва не свалившееся с меня платье.

Ничуть не растерявшаяся экономка отступила от меня, почти не глядя распахнула один из шкафов и выудила оттуда банный халат. Молча протянула его мне и отвернулась.

Пыхтя, я лихорадочно выкрутилась из проклятого наряда, завернулась в халат и… снова расплакалась. Но теперь уже без рыданий и дрожи. Всего лишь от облегчения и чуточку — от изумления. Потому что тут действительно было чему изумиться.

Всхлипнув несколько раз, я кое-как распрямила и сложила платье. Но как выяснилось, зря старалась — в поле моего зрения появилась бледная рука.

— Завтра отнесу его в чистку.

Шмыгнув носом, я послушно передала ей свой свёрток.

— Спасибо…

Зоя Константиновна дёрнула острым плечом.

— Ваша благодарность необязательна. Не утруждайтесь.

Она, казалось, всё делала для того, чтобы свести на нет эффект, который на меня произвело её внезапное доброе дело.

— Я и не утруждаюсь, — буркнула я, утирая широким рукавом халата заплаканное лицо. — Это… элементарная вежливость.

— Не за что, — безо всякого выражения отозвалась она. — Надеюсь, вам полегчало

Я понимала, что сказано это, скорее всего, на автоматизме. Но бушевавшее внутри отчаяние делало своё тёмное дело. Пусть даже фальшивые слова участия не могли не будить во мне желание подольше погреться в их искусственном, ненастоящем тепле.

— Да. Спасибо. Теперь намного легче. Думала… думала, придётся платье испортить. Хотела ножницами его…

Зоя Константиновна испустила раздражённый вздох, ясно давая понять, что она думает о подобного рода инициативах. Ясно, ещё одна увесистая «монетка» в копилку моих недостатков.

— Насколько можно судить, вы во многих делах такая же торопыга, — изрекла экономка, вводя меня в ступор.

— Извините?..

Она окинула новым внимательным взглядом моё заплаканное лицо и вместо вменяемых объяснений задала встречный вопрос: