Измена. Сына не отдам

Глава 2 Вот так сюрприз

Я выругалась. Юленька?! Не знай я, что в яхт-клубе, владельцем которого был мой муж, парусные и моторные лодки порой носили женские имена, то полученное сообщение вызвало бы бурю негодования.

Юленька. Да, небольшое и милое суденышко с таким названием числилось среди десятка других яхт, по большей части стоящих еще на берегу. В клубе, по словам мужа, шли приготовления к курортному сезону. Судна готовили к спуску на воду. Производили проверку всех систем в обустроенном там же сервисном центре, чтобы избежать негативных последствий. Красили и покрывали лаком более старые судна, но не менее элегантные под парусами на лазурной поверхности моря.

Согласно закону, педагоги имеют право вести предпринимательскую деятельность. Однако я порой задумывалась, зачем моему мужу, вполне успешному бизнесмену, ходить на пары, вдалбливать студентам знания за небольшую заработную плату по сравнению с тем доходом, что приносил яхт-клуб. Да, по большей части это сезонный бизнес, но и в осенне-зимний период яхты пользовались спросом. Преимущественно у рыбаков. Но погода в нашем регионе благосклонно способствовала прогулкам по морю жителям и гостям города в любое время года. Потому у причала всегда были наготове три-четыре судна. А вот теперь и "Юленька" расправляла, как крылья, свои паруса.

Я приехала в клуб, благо работы у ассистента кафедры туристического бизнеса не так много, должность которого я заняла не без влиятельного свекра, декана факультета. В целом, мне чертовски повезло в жизни.

Вырвавшись после окончания школы из провинции в большой город, я успешно поступила на бюджет. Зарекомендовала себя одной из лучших студенток факультета. Обратила на себя внимание харизматичного и темпераментного преподавателя и вышла за него замуж. А родители Петра во мне души не чаяли. Удивительно, сколько анекдотов существует про тещу и свекровь, но мне и здесь фортануло: Галина Михайловна, мама Петра, обожала меня, а внука и вовсе боготворила.

Казалось бы, живи и радуйся. Но нет! Я стояла у входа на причал и кусала губы, щурясь от ярких бликов на воде. День сегодня был солнечным, а в воздухе разливалась весна, благоухая цветущими плодовыми деревьями. Весна ощущалась не только благодаря природе, но и коротким юбочкам молоденьких девушек.

Чертовка Таша! Вот надо было ей подлить масла в огонь. Я и без нее раздумывала: что удерживало моего мужа в университете. И как от надоедливой мухи, отмахивалась от ответа: студентки.

Сорокапятилетнему Петру Яворскому льстило внимание молодых особ. Я это знала и по себе, хоть и была скромной девушкой в студенческие годы. Всякий раз пряталась за густыми ресницами, когда наши взгляды с Петром пересекались во время лекций.

Когда по универу пролетел слух о том, с кем решил связать свою судьбу притягательный во всех смыслах преподаватель, я едва под землю не проваливалась от любопытных взглядов студентов, краснела от перешептываний за спиной.

"Ну, что он в ней нашел? Суповой набор. Даже ни грамма косметики. Хотя, такое количество веснушек ничем не замажешь", — обсуждали меня девчонки, даже не пытаясь скрываться.

Я спрашивала Петра, почему из сотен студенток он выбрал меня. А он только смеялся, притягивал к себе и целовал так, что дух захватывало.

Поправив прядь волос, которая выбилась из не туго сплетенной косы, я обернулась к двухэтажному строению на берегу моря. Чуть дальше расположился ангар сервисного центра, возле которого суетились сотрудники, стояли лодки на прицепах. Работа кипела.

Но машина моего мужа ожидала у входа в офис, куда я и направилась. Возможно, отвлеку от дел. Но Петр не запрещал мне приезжать в яхт-клуб, дышать свежим морским воздухом. Особенно, когда я вынашивала первенца. Правда, о втором ребенке мы ни разу не заговаривали.

Сын и наследник – вот о ком мечтал Петр Яворский, достигнув солидного возраста. И мать для малыша, по всей видимости, выбирал тщательно. И что же? На этом все? Неужели, Таша права, и я больше не представляю интерес для Петра.

Судорожно вздохнув, я решительно направилась к двухэтажному зданию, когда меня окликнули:

— Алена Михайловна! Добрый день. Погода-то какая, а! Загляденье.

Я обернулась. Со стороны причала ко мне приближался дядя Митя. Яхта "Юленька" числилась за этим коренастым мужичком, с обветренным от постоянного пребывания на море лицом. Его глаза с зорким прищуром порой вызывали нервный трепет, но добрая улыбка скрашивала первое неловкое впечатление. Он вразвалочку подошел ближе, и только по одной походке можно было догадаться, что перед вами старый моряк, привыкший передвигаться по палубе в шторм.

— Здравствуйте, дядя Митя! Вижу, вы уже на плову.

— Да, Алена Михайловна. Пора!

— Красавица яхта, — похвалила я.

Это было искренне: белый корпус с синей полосой под белоснежными парусами. Яхта плавно покачивалась на легкой волне, так и маня совершить прогулку. Но я торопилась к мужу. Кивнув на прощание, повернулась было уйти, но дядя Митя вновь задержал:

— Как сынишка? Приходите как-нибудь с Ваней. Уверен, он вспомнит, как выходил в море в прошлом году.

— Ему только три года было, — рассмеялась я. — Вряд ли он помнит.

— Вот и проверим как раз, — ответил дядя Митя, быстро набирая сообщение на мобильном телефоне.

— Хорошо. Обязательно, дядя Митя. Вы простите, но мне надо идти. Муж ждет!