Измена. Тайна станет явью

Глава 11

Виктория

Я открыла глаза.
В моей голове внезапно прояснилось..

Как будто я в моменте включилась и теперь снова могла двигаться.

Отец все так же сидел напротив, всё с тем же выражением лица, немного приподнями бровями и все с той же рукой на столе.

Он ждал, что я заговорю.
Что признаюсь в своей слабости.
Что попрошу о помощи.

Но я вдруг поняла: нет.
Пока нет.

Пока всё, что я знаю, держится на ощущениях, обрывках, догадках и голосе человека, чьего лица я даже не видела.

Пока нет ни документов, ни записей, ни прямых доказательств.

Я не могу вывалить на отца кучу своих страхов.

Не могу подвергнуть его удару эмоций.

Несмотря на то, что когда-то он сделал то же самое со мной и с моей мамой. Я не осуждала его, не винила.

И никогда не лезла в подробности той ситуации, которая произошла с ними…с нами.

Я любила отца. Очень любила. И люблю.

И сейчас просто не могу сделать из него участника той истории, которая сейчас разворачивается.

Нет, пока не разворачивается, но скоро начнет.

Я должна быть хладнокровной.
Мои действия должны стать выверенными и очень аккуратными.

Чтобы не навредить себе, своей дочери.

Чтобы она не стала заложницей измен, как когда- то ей стала я.

Я должна защитить не только себя и ее, но и его — своего отца, его имя, репутацию, которую мы вместе создавали все эти годы.

Я сделала глубокий вдох. Чуть улыбнулась уголками губ.
И сказала:

— Пап… Я больше не хочу притворяться, что всё хорошо. Я устала, правда. Я уже несколько лет по-настоящему не отдыхала. Я хочу в отпуск. Настоящий. Без расписания, без звонков, без пациентов.

Он выдохнул.
Как будто ждал чего-то страшного, а получил нечто… ожидаемое.

— Господи, Вика… — он тряхнул головой, — Ты меня напугала. Я думал, случилось что-то серьёзное.

— Так и случилось. Просто незаметно. Я давно не чувствую себя живой. И если я не остановлюсь сейчас, то просто сломаюсь.

— Конечно. Бери отпуск. Ты же знаешь, я бы дал его тебе и раньше, если бы ты хоть раз попросила. На кого ты хочешь оставить своих пациентов?

Я посмотрела ему в глаза.

— Только Пете. Только ему могу доверить. Он справится.

Пусть работает.
Раз уж у него хватало времени на тайные жизни, встречи, сообщения, прикрытие —
теперь пусть найдёт время на то, что действительно важно.

Пусть теперь он днюет и ночует в клинике.
Пусть выслушивает жалобы, консультирует, оперирует, отвечает.
Пусть хотя бы временно вернется туда, откуда начал, — к делу, а не к своим театральным постановкам.

А я…
А я найду, раскрою, разложу всё по полочкам.

Без истерик. Без слёз.

Теперь ему не выпросить у моего папочки выходной, поводов то нет.

— Уже поздно, — сказала я, поднимаясь. — Мне пора ехать. Рада была поболтать.

Отец кивнул, проводил взглядом до двери.
Но не стал останавливать.

Вышла из кабинета, плавно прикрыв за собой дверь.

Пахло дезинфекцией, кофе и усталостью моих коллег.

Обычный вечер в клинике.

Но мне вдруг стало душно.
Как будто стены теперь знали всё, что я скрываю.
Я ускорила шаг, вышла на улицу, вдохнула прохладный воздух.

Небо было чистым, прозрачным.
Оно еще не потемнело, но солнце уже утонуло за горизонтом. Как и мои надежды на долгую счастливую жизнь с мужем.

Я достала телефон.

Вызвала такси.

Пальцы слегка дрожали. От напряжения, от переутомления — или от того самого вопроса, который крутился в голове уже несколько дней:

Кто он?

Тот мужчина, что позвонил.

И теперь, после разговора с отцом, после его слов о «сюрпризах», об отмененных приемах, о растерянности Пети, я понимала, что этот звонок был не случайным.

Он был точным предупреждением.

И я больше не имела права ждать.

Молчание — становится опасным.

Открыла мессенджер.
Контакт всё ещё отображался как «неизвестный номер».
Никакого имени. Никакой фотографии.

Но можно попробовать.
Попробовать найти его в Wellgram, в VoiceApp, в поиске по номеру.
Пробить. Зацепиться.
Найти хоть что-то — даже если это ник, фото, статус, хоть что-то.

Мне нужно с ним поговорить. Снова.
Мне нужно понять, что он знает.

Почему он вмешался.

Кто он такой вообще.

Если я одна против этой лжи, то он, возможно, единственный, кто сможет сейчас понять меня.

Такси подъехало.

Я села, хлопнула дверью.
Машина тронулась.

А я смотрела на экран телефона.

И знала, что совсем скоро что-то надломится. Скоро что-то произойдет.