Измена: ты больше не мой

Глава тридцать пятая

В этот раз мы ушли без сбеганий по пожарной лестнице. На улице было начало ноября, по утрам морозец уже ощутимо так кусал за нос, а сегодня и днем было прохладно. Зато очень солнечно и ярко, я зажмурилась и поехала по наледи на тротуаре. Не привыкла еще к новым, зимним уже, кроссовкам и, наверное, упала бы, но меня подхватили на руки и загрузили в машину.

– А если кто-то увидит? – я была возмущена.

– Ну и пусть!

– Стас! – Я чуть ли не впервые назвала босса коротким именем и ужасно смутилась.

– Алина? – Видно по моему тону он почуял что-то неладное.

– Понимаешь, я же еще не разведена. Всего месяц прошел с подачи документов, даже суда еще не было. А ведь надо еще квартиру делить, и про Андрюшу договариваться. Если Виталик узнает, что мы с тобой, ну…

– Но мы с тобой пока что даже на свидание не сходили толком! – Станислав был возмущен и раздосадован, – а о каких то там “ну” так еще и речи быть не может.

– Если помнишь, ему не нужны доказательства, достаточно повода. Я не хочу разводиться полгода! – Я представила бесконечные суды, постоянное ожидание гадостей от Виталика, на которые он был мастер и закусила губу, чтобы не расплакаться.

Босс взял меня за подбородок, аккуратно пальцем стер с моих ресниц выступившие на них слезы и нежно-нежно, очень невесомо, поцеловал.

– Хочешь, я одолжу тебе своего адвоката?

– Твой адвокат разбирается в дележке квартир и детей?

– Мой адвокат лучший в городе, он твоего экса без штанов может оставить!

– Без штанов его уже оставляли, – проворчала я, – так что пусть Виталик оставит их себе. А вот если твой адвокат может помочь мне забрать половину квартиры и Андрюхе назначить проживание со мной, то знаешь, я не откажусь.

– Вот и отлично. Теперь у меня есть к тебе очень, очень серьезный вопрос.

– И какой?

– Пойдешь со мной на свидание?

– Не откажусь. Только давай как-то так, чтобы больше никаких… – И я, не найдя подходящих слов, просто обрисовала внушительные окружности спереди.

Станислав расхохотался.

– Хорошо, никаких бывших невест, обещаю.

В этот раз меня отвезли в одно из популярнейших мест нашего города, где почти невозможно было заказать столик, в рыбный ресторанчик на крыше самого высокого здания.

Здесь все было как будто немного не из нашей реальности. От мужчины в костюме и перчатках, что стоял за стойкой гардероба и забрал мой уже поживший пуховичок так, будто я ему норковую шубу передала, до запахов и звуков. Плющ со странными пятнистыми листьями оплетал здесь колонны и опоры, поддерживающие стеклянную крышу и солнечные лучи проникали сквозь его листья и ложились причудливыми пятнами на паркет. Удобные кресла, белоснежные скатерти, вышколенные официанты. Это место очень сильно отличалось от того, где мы были в прошлый раз и в то же время удивительным образом они были схожи. Каким-то отпечатком надежности, успешности, пусть и в разных весовых категориях.

– Ты пробовала когда-нибудь устрицы? – Спросил Стас когда нам подали меню.

– Нееет, ты что! Устрицы это же что-то на богатом, я не могу себе такое позволить.

– Алин, ты серьезно, – Станислав даже опешил, – я конечно понимаю, это не на каждый день еда и ресторан тоже не дешевый, но ты реально здесь ни разу не была и ни разу не пробовала устрицы?

– Да, я серьезно, – я посмотрела прямо ему в глаза, – ты забываешь, что пусть у нас с Виталиком и были две неплохие зарплаты, но Андрюхе нужны были операции, реабилитации, лекарства. Дело не только и не столько в деньгах. Просто мне было не до ресторанов.

– Извини, – Станислав отложил меню и взял меня за руку. – Я помню, что тебе нелегко пришлось. Но тут и правда дело не в деньгах, дело в отношении. Никогда не поверю, что нельзя было среди всего этого – больниц, лекарств и реабилитаций, – выделить день на себя. Это неправильно.

– Наверное, можно было, – я грустно улыбнулась, – но мне правда было даже не о мыслей про отдых.

И мы помолчали, решив не говорить о Виталике и том, что он и вправду ни разу не пригласил меня в ресторан. На контрасте со Станиславом мне стало еще обиднее за себя.

Устрицы были странные. Немного склизкие, пряные и слегка соленые на вкус. К ним подали черный хлеб с мягким маслом, какие-то странные добавки, что полагалось класть в устрицу сверху. И их приходилось есть со странным хлюпающим звуком, всасывая из раковины. Можно было аккуратно выковырять вилочкой, но Станислав меня отговорил, сказал, мол, так вкуснее.

А потом нам традиционно снова испортили обед.