Измена: ты больше не мой

Глава семидесятая

Утро воскресенья определенно удалось.

Был полдень, из кухни доносились запахи свежей выпечки и негромкая музыка. Я потянулась, вспоминая прошлую ночь, с лихвой компенсировавшую мне неприятности предыдущей недели, и поднялась.

Станислав ваял пироги. Честное слово, не знаю ничего сексуальнее, чем мужчина у плиты на кухне.

– Доброе утро, – я не успела даже присесть за стол, как передо мной уже стоял свежайший кофе.

– Но как?!

– Да я слышал как ты возилась в кровати, – подмигнул мне мой босс.

– Учти, я тебя еще не простила. – С этими словами я забрала кофе и ушла на балкон, мерзнуть и просыпаться.

А он только улыбнулся мне вслед. И не боится, вы только посмотрите!

Ко второму кофе, который я пила уже за столом, никуда не убегая, меня ждал киш с лососем и пирог с рикоттой и малиной.

– Теперь ты меня простишь? – Подлизывался Стас, ставя передо мной тарелку.

– Я подумаю! – Очень хотелось его еще помурыжить, но мое довольное лицо выдало меня с головой. Пришлось прощать, уже официально, с закреплением поцелуями.

Уже ближе к вечеру я отправлялась к свекрови, забирать Андрея, а Стас домой, ему надо было разобраться с бумагами, так некстати затерянными бывшим лучшим другом.

– Имей в виду, я прощаю тебя в первый и последний раз! – Честное слово, быть строгой между поцелуями очень сложно, но я сумела. Где мой главный приз за актерский талант?

– Я тебе клянусь, так глупо и нелепо я облажался в первый и последний раз, – и если я внутри себя улыбалась и говорила почти не всерьез, то Станислав был серьезен как никогда. – Я клянусь тебе, любимая моя Алинка, куда бы я не попал дальше, в какой бы переплет, если я буду жив и в сознании – ты узнаешь первой.

– Так, – я немножко даже струсила, – давай только если тебя надо будет спасать – сразу все таки спасатели узнают, а я уже буду второй. Но только если надо спасать!

– Договорились!

***

Близился Новый год. На улицах все было в огнях, радостные люди тащили елки и подарки, но меня это не слишком радовало.

Из больницы нам не звонили и не звонили. Я уже начинала волноваться, потому что объяснять Андрею, куда делся его отец, становилось все сложнее с каждым днем. У них была ежегодная традиция – поход на новогоднюю елку, но в этом году продолжить ее явно не удавалось.

Я не выдержала и позвонила сама, Борисычу.

– Алинка, рад тебя слышать, как ваши дела?

– Да вот, думаем над походом к большой елке на площади, но у Андрея уже возникают вопросы, когда же он пойдет туда с папой, а из больницы нам пока не звонили.

– Я сам наберу на днях, но уверен, все хорошо, все работают, не покладая рук. Ты не волнуйся, Новый год через три дня. Лучше скажи, вы ж с Андрюхой и Петровной к нам в гости придете?

– Мы будем очень рады! – Это было неожиданно, но я решила не отказываться. В компании праздновать всегда веселее, тем более, в такой приятной.

– Хорошо. Тома там тебе собиралась звонить сама, но раз уж мы говорим, то я ее опередил, – Борисыч довольно похехекал. – ДобрО, ждем вас тогда.

– До встречи!

Я сделала еще пару звонков, допила свой кофе, расплатилась по счету и вышла на улицу, в огни и толпу людей с подарками. Мне тоже предстояло найти и купить подарки и я предвкушала этот момент, идя по направлению к одному из самых больших торговых центров.

Но в нашем городе, как оказалось, случайные встречи – наше все.

– Здравствуйте, Алина! Да подождите, подождите же! – расталкивая прохожих ко мне стремился Саня, бывший лучший друг Станислава.