Измена. Ты меня не понимаешь.

Глава 12

Кира достает телефон, набирает номер Марка. Хмурится, слушая длинные гудки. Мы все еще сидим в машине, не зная, куда ехать дальше. Без денег, без возможности снять хоть что-то со счета.

– Марк, привет! Слушай, у нас тут ситуация... – Кира отворачивается к окну, понижает голос. – Да, срочно... Понимаю... А когда?... Ладно, спасибо.

Она отключается, поворачивается ко мне:

– Он занят до вечера. Какое-то важное дело в суде. Но обещал позвонить, как освободится.

Киваю механически. После визита в банк внутри пустота. Даже злости нет, только усталость. Семь лет совместной жизни превратились в заблокированные счета и минус двести тысяч по кредитке.

– И что теперь? – спрашиваю в пространство.

– Теперь... Теперь будем действовать поэтапно. Кстати, я тут вспомнила...

Она замолкает, закусывает губу. Знаю этот жест, так бывает, когда ей неловко.

– Что?

– Помнишь, я брала у тебя в долг? Прошлым летом, когда машину ремонтировала?

– Кира, нет! – понимаю, к чему она клонит. – Даже не думай! Это твои деньги.

– Вообще-то твои. Тридцать тысяч, между прочим. Как раз хватит на...

– Нет! – перебиваю резче, чем хотелось бы. – Ты и так меня приютила. И вообще...

– И вообще ты теперь гордая и независимая? – фыркает подруга. – Брось! Если я хочу вернуть долг, ты не можешь мне запретить.

В её словах есть логика, но я все равно качаю головой:

– Не сейчас. Потом, когда все...

– Когда все что? Когда твой благоверный окончательно вытрясет из тебя душу? Или когда дом развалится?

Дом. При мысли о бабушкином доме что-то сжимается внутри. Вспоминаю разбитое окно на чердаке, щели в рамах, промерзающие стены. Бабушка всегда говорила, что дом живой и он чувствует заботу. А я вот уже который день только говорю о ремонте, но ничего не делаю.

– Знаешь что? – Кира решительно выруливает со стоянки. – Давай хотя бы посмотрим, что почем. В строительном. Прицениться, составить список...

– Зачем? Все равно денег нет.

– Будут! – отрезает подруга. – И потом, я настаиваю на возврате долга. Хотя бы частями. Начнем с самого необходимого, окна на чердаке. Через него весь дом выстужается.

Пытаюсь возразить, но Кира уже не слушает. Включает радио, насвистывает какой-то модный мотивчик. Знаю её, если что-то решила, спорить бесполезно.

В строительном магазине пахнет деревом и краской. Высокие стеллажи уходят под потолок, в отделе материалов гудят погрузчики. Раньше заходила сюда только за мелочами: купить лампочку или батарейки для пульта. Сейчас же разглядываю все другими глазами.

– Так, – Кира решительно направляется к консультанту. – Нам нужна консультация по окнам.

Молодой парень в фирменной жилетке приветливо улыбается:

– Пластик, дерево? Какие размеры?

– Чердачное, – объясняю. – В старом доме. Там сейчас обычное стекло в деревянной раме, но все рассохлось...

– Понял, – кивает консультант. – Пойдемте, покажу варианты.

Следующие полчаса как в тумане. Стеклопакеты, профили, фурнитура. Голова идет кругом от новых терминов. Оказывается, простое окно это целая наука.

– Вот этот вариант оптимальный, – консультант показывает на стенд. – Для чердака лучше взять...

Телефон Киры оживает противной трелью.

– Черт, – морщится подруга. – С работы. Я на минутку, ты пока...

– Иди, – киваю. – Я разберусь.

Кира отходит к выходу, активно жестикулируя. Судя по голосу, разговор непростой. А я продолжаю слушать про монтажную пену и герметики, когда собственный телефон начинает вибрировать в кармане.

Номер свекрови.

Первый порыв сбросить. Но что-то останавливает. Может, любопытство? Или желание наконец высказать все, что накипело? Извиняюсь перед консультантом (без Киры все равно из-за гудения в голове ничего не понимаю) и отхожу в сторону.

– Да, Вера Николаевна.

– Мариночка! – голос свекрови звучит елейно. – Как ты, солнышко? Антоша весь извелся, не может до тебя дозвониться...

– Неужели? – усмехаюсь. – А я думала, он слишком занят со своей... доктором.

В трубке повисает тишина. Потом сухой кашель:

– Деточка, не говори глупостей. Антон любит только тебя. Просто ты в последнее время... как бы это сказать...

– Договаривайте, – подначиваю. – Что я? Истеричка? Помешанная на детях неудачница?

– Зачем ты так? – в голосе появляются металлические нотки. – Я всегда относилась к тебе как к дочери! Даже когда ты устраивала истерики из-за этих бесконечных процедур...

– Истерики? – внутри что-то обрывается. – Так вы называете мои попытки стать матерью?

– А как еще? – свекровь срывается на крик. – Ты превратила жизнь сына в ад! Только и разговоров что о детях! А сама... сама даже не пыталась стать настоящей женой!