Измена. Ты меня не понимаешь.

Глава 15

В парах горячего кофе тонет городской шум. Карамельный раф пахнет слишком приторной, обманчивой сладостью. Как и вся моя прежняя жизнь.

Пальцы скользят по гладкому пластиковому корпусу ноутбука. Синопсис готов. Редактор из издательства, куда я когда-то отправляла несколько статей, обещала посмотреть текст сегодня к вечеру. Волнуюсь как первоклассница, хотя сама столько раз сидела по ту сторону стола, оценивая чужие рукописи.

Кафе почти пустое. Все люди в это время уже на работе. Колокольчик над дверью звякает, впуская новую посетительницу, но я не поднимаю глаз от экрана. Последний абзац никак не складывается...

– Мариночка?

Вздрагиваю. Этот голос. Мягкий, участливый, с особыми успокаивающими нотками, снился в кошмарах последнее время.

Светлана Игоревна. Безупречный макияж, золотая цепочка на шее. Как она нашла меня? Пора менять привычные места.

Выглядываю в окно. Да… И как же я могла забыть. Совсем неподалеку клиника. Ноги сами с утра принесли сюда. Теперь даже не могу объяснить, почему, как и зачем.

Женщина смотрит обеспокоенно, в глазах тревога.

– Можно присесть? – не дожидается ответа, опускается в кресло напротив. – Я так волновалась! Вы пропустили процедуры, не отвечаете на звонки...

Сжимаю пальцы на чашке. В горле пересыхает, хотя умом понимаю, надо спокойно встать и уйти. Марк предупреждал, никаких контактов.

– У нас появилась новая методика, – она понижает голос до интимного шепота. – Израильская клиника, очень перспективные результаты...

– Правда? – слова сами срываются с губ.

– Конечно! – она накрывает мою руку своей. Теплые пальцы, отполированные ногти. – Мы столько работали, вложили столько сил и средств... Нельзя все бросать на полпути!

Киваю механически. Столько надежд, уколов, процедур... Неужели все зря?

“Стоп!” – внутренний голос звучит подозрительно похоже на Киру. – “Она играет на твоих страхах!”

– Светлана Игоревна...

– Просто Света, – улыбается ласково. – Мы столько пережили вместе...

– Да, пережили, – от фальшивой заботы начинает подташнивать. – Особенно мой последний визит. Когда списали двести пятьдесят тысяч с моей карты.

Она не меняется в лице, профессионал.

– Ах, это! Там какая-то ошибка в бухгалтерии. Обязательно разберемся, когда вы вернетесь к процедурам. И к мужу, конечно. Он так переживает...

Рука замирает на полпути к чашке. В голове щелкает как выключатель.

– Я не говорила, что мы взяли паузу.

Светлана на мгновение теряется, но тут же берет себя в руки:

– Ну... это же очевидно. Раз вы не приходите на процедуры...

– А может, я просто сменила клинику? – наклоняюсь ближе. – Или врача?

– Зачем? – в её голосе прорезаются стальные нотки. – Мы столько лет работали вместе! Я знаю все особенности вашего организма...

“И особенности моего мужа”, – добавляю мысленно, хотя очень подмывает сказать это вслух. “Внутренняя Кира” тут же одергивает - “Держись, иначе она использует твои слова против тебя. Аккуратно выуживай информацию.”

– Кстати, о муже, – улыбаюсь максимально доброжелательно. – Давно его видели?

Она отводит глаза:

– Только по работе. Когда оформляли ваш отказ от процедур...

– Какой отказ?

Светлана прикусывает губу. Снова прокол.

– Он сказал... то есть, я думала...

– Что он сказал? – поддаюсь вперед. – И когда?

– Неважно, – она резко встает. – Главное, что вы теряете время! В вашем возрасте каждый месяц на счету...

– А вам-то что? – не выдерживаю. – Какая разница, буду я делать ЭКО или нет? Или... кто-то теряет проценты с моих процедур?

Её лицо каменеет. В глазах мелькает что-то похожее на страх.

– Не понимаю, о чем вы. Я просто беспокоюсь...

– О муже? Или о ваших общих делах?

Светлана нервно теребит цепочку на шее:

– По-моему, вы заблуждаетесь. Мы с Антоном...

– Даже имя его помните, – усмехаюсь. – Не “ваш муж”, не “господин Борзой”, а просто Антон. Давно такая фамильярность?

Она резко разворачивается, почти бежит к выходу. У двери оборачивается:

– Вы делаете ошибку! Он не простит...

– Чего? Того, что узнала правду? Или того, что больше не позволю себя использовать?

Колокольчик над дверью звякает прощальной нотой. А я сижу, механически помешивая остывший кофе. В голове крутятся обрывки разговора.

“Он сказал... Когда оформляли отказ... Антон…”

Достаю телефон, набираю номер Марка.

– Марк, посмотри документы из клиники. Особенно последние. Кажется, там что-то подписывали от моего имени.