Измена. Ты меня разлюбил!

Глава 17

- Если раньше за мной мужчины бегали, то теперь женщины, никогда не могла бы в эту сторону подумать, - останавливаюсь, оборачиваюсь.

Наташа догоняет меня. Каблуки огромные, как она бедная по нашему бездорожью на них ноги не переломала. Интересно: до какой степени она верит в свою победу, и когда она подходит ближе, я вижу, как дрожат ее пальцы, как напряжены плечи, как она сжимает губы.

- Добрый вечер, - вырывается смешок. - Если собирались за мной по закоулкам ходить, то надо было быть дальновиднее - или меня предупредить, чтобы я ходули надела, или вам обуваться нормально, чтобы мы с вами были в одинаковых условиях. Я понимаю, что любить и уважать мне вас не за что, но мизогиния не мой конек.

У нее прямо на лбу написано, она боится, что все это временно, что в любой момент может проснуться и обнаружить, что Макс снова ушел, не оставив ни слов, ни следа, только пустоту, в которую она так отчаянно пытается влить себя.

- Женщина, - в голосе нотка язвительности, что-то более острое, почти отчаянное, как будто она говорит не со мной, а с самой собой, пытаясь убедить. - Я хочу, чтобы ты поняла кое-что. Я очень люблю Макса, это моя история. Мы с ним просто как Эдвард Льюис и Вивиан, если вам о чем-то говорят эти имена.

От неожиданности закашливаюсь.

- А это прям странное заявление. В первые вижу такую откровенную женщину, которая вот так незнакомым признается, что работает проституткой на трассе. Ну такой себе референс, если честно, но не осуждаю. Может, история Бонни и Клайд была бы уместнее, но тут только вам решать.

- Хватит ерунду нести! Какая еще Боня, я на нее вообще не похожа. Мы говорим о тебе! Зачем тебе общение с Арсением? Вы же не родственники, ты не его мать, он должен привыкать, что ты ушла из его жизни, теперь с его отцом я! Ты бывшая, просто призрак.

Я смотрю на нее снисходительно. Просто смотрю, как на человека, который говорит о любви, но не знает, что это такое.
Ветер шевелит ее волосы, но она не поправляет их, будто боится потерять контроль над позой, над выражением лица, над тем, что должна выглядеть сильной.
На ней все идеально: куртка, макияж, укладка, как будто она пришла на встречу, которую репетировала в голове сотню раз.

- И что тебе от меня надо? - спрашиваю я. - Ты пришла, чтобы я признала, что ты - королева? Наташ, ты Вивиан, я все поняла. Я с этим согласна, ради Бога. “Красотка” шикарный фильм, но многое остается за кадром. Я за Макса бороться не буду, я отпустила. Он ушел. Он твой. Теперь это твоя проблема, что он постоянно куда-то виляет, что он не может быть с кем-то надолго, что он не умеет быть счастливым. А я не преследую. Я живу.

- Ты не веришь, что он может любить меня? - спрашивает она, и в голосе уже дрожь, как будто она ждёт, что я скажу: “Да, ты права”, чтобы, наконец, почувствовать себя в безопасности.

- Верю, очень за вас рада. Я могу быть свободна, а то там по телеку мои старушечьи сериалы про богатую жизнь показывают.

- Он не вернется! - вырывается у нее, и голос уже не спокойный, а резкий, почти истеричный. - Он любит меня! Ты специально отпустила его, - вдруг говорит она, и в глазах вспыхивает что-то жесткое, почти злобное. - Как собаку на поводке. Отпустила подальше, чтобы потом резко потянуть обратно, когда он устанет бегать. Ты хитрая, все рассчитала.

После тренировки нет никаких сил слушать эту мало связную речь. Может, она сама не верит, что ей такой шикарный мужик обломился, так пусть не обольщается.

- Да, ты меня раскусила, - становлюсь излишне серьезной. - Прямо сейчас я сижу и плету заговор. Сижу в тени, как паук, и жду, когда он устанет от тебя. Я специально не звоню, не пишу, не прошу, чтобы он скучал. Я все рассчитала. Вот только не знаю, зачем мне это, если я уже не хочу его.

Она молчит, пытается понять, шучу я или нет.
- Давай эксперимент?

Достаю телефон, набираю Макса.

Он отвечает почти сразу, на лице - улыбка, глаза блестят.

- Родная, - говорит он, и в голосе - торжество. - Я так и знал, что ты скоро соскучишься. Готова, чтобы я приехал назад?

Я не отвечаю. Медленно поворачиваю камеру, навожу на Наташу.
Она замирает, глаза расширяются, понимает, что попалась.

- Нет, - говорю я. - Я тут Эдварда Льюиса разыскиваю, его Вивиан потерялась.
Приезжай и забирай.

Нажимаю “отбой”.
Смотрю на Наташу.
На ее лицо, на котором постепенно гаснет уверенность.

- Максу с техникой не везет, заметила? Уже второй раз камера и телефон его подводят.