Измена. Ты меня уничтожил

Глава 10

— Всё, что вам нужно сделать, это попытаться договориться.

Слова поверенного продолжали звучать в моих ушах на какой-то неправдоподобной ноте, будто кто-то без предупреждения врубил сирену.

Эти слова выедали мне мозг, заставляя морщиться как от физической боли.

— Степан Павлович, при всём уважении... — отозвалась я хрипло, мечтая о стакане холодной воды. Он скорее для того чтобы выплеснуть его себе в лицо и проснуться.

— Ничего, кроме уважения, я от вас никогда и не видел, Татьяна Сергеевна.

Мне казалось, он издевается. Так же, как поиздевалась над нами Маргарита Павловна, когда составляла это проклятое завещание.

— Я не вижу такой возможности. В принципе. Понимаете?

— Ну, тогда это очень прискорбно, — со спокойствием удава резюмировал Куницын. — И в целом последствия такого решения я вам уже описал. С другой стороны, я понимаю вас, если вы действительно захотите так поступить. Ну, конечно, помимо того печального факта, что обречёте приюты на прекращение финансирования. Но ваше желание отомстить бывшему мужу по-человечески мне понятно.

Я сглотнула. Разговор принимал нежелательный поворот, притом неожиданно нежелательный. Я о мести совершенно не думала. Я понятия не имела, насколько глубоко Горский влез в какие-то совместные проекты с покойной тёткой. Маргарита Павловна ни полусловом об этом мне не обмолвилась. Что бы они там вместе ни кашеварили, они делали это втайне.

— Предупреждаю, — голос бывшего мужа застелился по моей коже, заставляя её пойти мурашками от нервно напряжения. — Я такое решение без ответа не оставлю.

Я скосила на него взгляд, сильнее всего мечтая больше вообще никогда с ним не заговаривать. Но кто же мне подарит такую-то роскошь?

— Без какого ответа? — ощерилась я. — Как ещё ты собираешься меня унизить? Потому что, конечно, сделанного тебе недостаточно. В твоих садистских наклонностях я не сомневаюсь, но ты не стесняйся. Анонсируй.

Горского присутствие третьего лица ничуть не смутило. Он вообще редко заботился о мнении посторонних. Это качестве ему ещё в детстве отбили те, кто не ставил его ни во что. Но если поскорбеть о забитом мальчишке я могла, то о нынешнем Горском — ни за что и ни при каких обстоятельствах. Потому что из затюканного сироты выросло настоящее чудовище с клыками до колен. Ничья ему жалость давно не сдалась. И моя — в последнюю очередь.

— Если потребуется, радость моя, я к батарее тебя прикую вот в этом самом особняке, который так любезно отписала нам наша тётушка, — глумливо пообещал он. — И кто мне запретит? Кто мне помешает? Всё для того, чтобы выполнить её последнюю волю и не оставить бедных сироток без поддержки, в которой ты так легко им отказываешь.

Я стиснула зубы едва ли не до хруста.

Куницын безмолвствовал. Он не арбитр и не судья, чтобы хоть как-то модерировать наше «конструктивное» общение. Его волновала только судьба завещания и наши планы в отношении зафиксированных в нём условий.

— Я не вижу смысла продолжать этот спор. Это бесполезная трата времени.

У меня начинала болеть голова. На виски давило, и всё, чего мне хотелось, это закрыться ото всех и вся, побыть наедине с собственным горем.

— Татьяна Сергеевна, — всё-таки вмешался Куницын. — Я понимаю вашу растерянность.

Я очень сильно сомневалась в том, что он понимал. Но и на попытки убедить его войти в моё положение сил тратить не стала.

— Я предлагаю вам с Данилой Александровичем взять паузу. Я даже настаиваю на этом. Переспите с этой информацией, позвольте ей немного улечься в ваших головах, а через несколько дней мы с вами встретимся снова и всё снова обсудим. А сейчас… потратьте это время на то, на что его обычно тратят скорбящие люди. Я не хочу отбирать я у вас это право. Не хочу и не буду.

— Тем более что поводов для скорби явно прибавилось, — прорычал Горский. — После такого подарочка от покойной мне явно понадобится юридическая консультация.

— Как вам будет угодно, — с вежливой улыбкой отозвался Куницын.

Он держал себя слишком уверенно, чтобы ожидать хоть какого-то поворота в этом кошмарном сюжете. Маргарита Павловна с этим хитрым лисом наверняка потратили немало времени на то, чтобы даже юристы Горского не подкопались

— Извините, — я выбралась из кресла и одёрнула подол своего траурного платья. — Я действительно сейчас не готова к подобным переговорам.

— И когда ты будешь готова? — потребовал ответа бывший супруг.

— Когда ты вернёшь себе хотя бы подобие человеческого облика, — отрезала я и пошагала к выходу. — До свидания, Степан Павлович. Назначьте новую встречу и сообщите мне дату.

— Договорились, — отозвался поверенный.

— Надолго в прострацию не впадай, — врезалось мне напоследок от бывшего мужа. — У нас с тобой впереди увлекательные переговоры, Татьяна. Советую к ним как следует подготовиться