Измена. Ты пересек черту

Глава 4

Выхожу из туалета, с гордо поднятой головой.

Максим все это время ждет меня в коридоре, словно боится, что я куда-нибудь сбегу. Без Вики-то, ага. Щас.

– Мог бы со мной пойти, раз так нервничаешь, - редко замечаю, закатывая глаза.

– Лесь, давай как взрослые люди, я тебя попросить хотел…

Я перебиваю его, пребывая в шоке и диссонансе.

– Попросить? Ты, дорогой мой, возможно забыл, что сегодня у меня праздник? Столько подарков. И один такой, особенный, - киваю в сторону Гриши, одиноко и скромно сидящего за столиком у входа. - Тебе не кажется, что ты не в праве, о чем-то меня просить?

Вена на шее Макса начинает пульсировать, а кончики ушей покраснели. Он в ярости, но знает, что у него нет права голоса.

– И все же, - цедит сквозь зубы с явным напором. - Лесь, прошу, давай не будем поднимать эту тему при гостях.

– Отчего же? - показно удивляюсь, и бью себя пальцами в грудь, - Родина должна знать своих героев в лицо.

– Но ты же понимаешь, что это негативно скажется на Вике? - испытывающе буравит меня своим тяжелым взглядом. В глубине темных глаз играет весь спектр негативных эмоций, какой я только могу себе представить.

– Понимаю? - стараюсь не повышать голос, но гнев кипит во мне. - А ты понимал это, когда привел своего отпрыска? Ты понимал, когда ошарашил меня в кафе, вместо того, чтобы сделать это раньше? - поднимаю глаза к потолку и прислоняю согнутый указательный палец к губам, делая вид что глубоко задумалась. - Скажем, лет на семь?

– Я пытаюсь тебе сказать, но ты же не слушаешь! - гневается еще больше.

– Поздно пить Боржоми, если печень отвалилась, - парирую я.

– Почки, - поправляет.

– Мне все равно. Делай что хочешь. Плодись и размножайся, свети всем словно солнышко. А на новый год не забудь положить под ёлку еще троих своих незаконнорожденных детей.

Делаю несколько шагов вперед, намереваясь пройти мимо мужа как ни в чем не бывало, но Максим хватает меня за локоть.

Я с недовольством поднимаю глаза. Ноздри мужа раздуваются, желваки заходили, и за локоть он держит меня чуть сильнее, чем стоило бы.

– Леся, твою мать, - цедит сквозь зубы, - Ты ведешь себя как маленькая девочка, хватит истерить.

– Я? - невинно хлопаю глазками. - Что ты, какие истерики, я совершенно спокойна.

Медленным движением убираю его палец за пальцем с моего локтя, освобождаясь и отряхнувшись, словно он меня запачкал.

– Ты невыносима! - скрещивает руки на груди, все еще нависая надо мной.

– Гости ждут, ты сам сказал. Смотри, вон тетя Люба уже выглядывает нас, поди время тоста.

– Сегодня не пьем, - холодно отрезает, как будто я сказала что-то невероятно грубое и отталкиывающее.

– Даже не собиралась, а вот тебе бы стоило, ты же у нас теперь звезда. Гость программы, - поворачиваюсь, но меня опять хватают за локоть.

– Леся, блин. Не посмеешь!

– А то что? Это вообще-то мой праздник, что хочу, то и делаю. Отпусти пожалуйста, мне больно.

Максим нехотя отпускает меня через несколько секунд, продолжая испытывающе буравить взглядом.

– Будь благоразумна, - призывает муж.

Я лишь машу рукой и открываю дверь в основной зал, напоследок бросаю:

– Кто-то же должен.

Максим следует за мной след в след. Я стараюсь не смотреть в сторону Гриши, но это невозможно, он прямо у входа.

Мальчишка отстранённо и скромно сидит в уголке, не обращая внимания на шум и веселье вокруг. Его поведение явно отличается от того, что можно было бы ожидать от ребёнка его возраста. Он словно замкнут в своём маленьком мире. Грустно понурив голову выводит пальцем незримые рисунки на столе.

Страх и отчаяние растут. Взгляд скользит по маленькому мальчику, и я не могу отделаться от мысли, что он – живое напоминание о том, что моё счастье рухнуло в один миг. Гриша ведет себя странно для своего возраста – тихий, его глаза отражают не детское веселье, а скорее печаль. Впрочем, это неудивительно. Я так на него посмотрела на улице. Но я не испытываю ни малейшего желания жалеть этого ребенка.

Чувствую, как мое сердце бьётся всё быстрее, и паника сжимает горло. Каждый взгляд, каждое движение Гриши вызывает во мне новую волну гнева. Мой мир крошится на мелкие кусочки.

– Ну где ты там, именинница! - кричит тетя Люба через весь зал, - Заждались мы!

Оказывается я замерла словно вкопанная, смотря на сына Макса. Но окрик быстро приводит меня в чувства и я натягиваю самую лучезарную улыбку, на какую только способна.

Нужно все забыть как страшный сон на ближайшее время. Максим остается позади, я даже не хочу оборачиваться.

Подхожу к гостям и извиняюсь, за длительное отсутствие. Прежде чем я успеваю что-либо добавить, тетя Люба прищуривает глаза и бросает взгляд мне за спину.

– А чего твой муж с каким-то пацаном, а к нам не идет?

Ну началось…