Измена. Ты сам отказался от нас

Глава 3

— Думала, не узнаю, что этот ребёнок — не мой?

Наверное, позволь он себе рукоприкладство, оно не настолько бы меня ошарашило.

— Н-не твой? — прошелестела. — Не твой? Марк, о чём ты говоришь?

Но на мужа моё изумление положенного эффекта не производит. Хуже того, оно его только бесит сильней. Я вижу, как раздуваются тонкие ноздри и бешено пульсирует жилка у него на виске.

— Брось притворяться. Я знаю всю правду. Что, не смогла расстаться со своей прошлой жизнью? — он склоняется ниже, и его голос переходит в угрожающий рык. — А я предупреждал. Выходишь за меня, оставляешь прошлое в прошлом!

— П-прошлое в прошлом? Господи, д-да о чём ты вообще говоришь?

— О твоих поездках за город! — рявкает Коршунов. — И о том, с кем ты там встречалась. Уже после свадьбы! Только не смей делать вид, что не понимаешь, о чём я говорю!

Вдохнуть как следует не получается, поэтому хватаю воздух ртом, словно всерьёз боюсь задохнуться.

— Я… я ездила маму свою н-навестить. Деньги на лечение отвозила. Я же тебе объясняла! Ты свою охрану со мной отпускал!

— Охрану, которую ты оставила в доме матери, чтобы в соседний дом прогуляться, — уничтожил меня своей осведомлённостью муж. — Ты всерьёз рассчитывала от меня это скрыть? Подумала, что я никогда не узнаю?

У меня начинает кругом идти голова. Не могу сообразить, как можно было так извратить всё, что случилось.

Да, в тот день я виделась с человеком, который когда-то был моим женихом, но между нами ничего не было! Не было и быть не могло!

Но толку кричать и биться в падучей? Коршунова сейчас ничто пронять не могло. Полагаться стоило только на разумные доводы. Вот только где их сейчас взять?

— Марк, эта встреча…

— Что, уже не отрицаешь?

— Я знала, что она тебя разозлит, поэтому ничего о ней не сказала.

— Обманула охрану.

— Думаешь, они отпустили бы меня, если бы знали, что мне что-нибудь угрожает? — не выдержала я. — Они же перед моим приездом всю местность в посёлке прочесали!

— Не съезжай с темы!

Он вцепился в меня, как питбуль. Мёртвая хватка, от которой ничто не спасёт.

— Илья был в такой же опасности, как и я. Мне нужно было удостовериться, что с ним всё в порядке.

— Испереживалась за своего жениха? — издевательски бросил муж.

— Бывшего жениха! — выкрикнула я. — И бывшим он стал задолго до того, как я за тебя замуж пошла! Не притворяйся, что не знаешь этого или забыл!

— Бывший или нет, это не помешало ему стать отцом будущего ребёнка. Неудивительно, что ты так на эту встречу рвалась, — серые глаза полыхнули мрачным огнём. — Соскучилась по знакомым объятьям.

И после паузы уничтожил:

— Теперь-то понятно, почему в супружеской постели ты никогда особого рвения не проявляла.

Издевательство достигло своей омерзительной цели. Меня передёрнуло.

Вряд ли тогда я отдавала себе отчёт в том, что творила, поэтому ощущение было такое, что тело действовало само по себе.

Моя ладонь беспощадно впечаталась в его крутую скулу.

Пощёчина вышла неловкой, но достаточно сильной, чтобы его голова дёрнулась.

— Ты… ты ч-чудовище! — прошипела я в ненавистное лицо. — Как... как ты смеешь такое мне заявлять?

По его заросшей щеке расползается тёмное пятно от пощёчины. Но Коршунову плевать. Он перехватывает мою онемевшую от удара руку, дёргает на себя.

— Брыкаться надумала? Жертву из себя строишь?

— Немедленно меня отпусти! Убери от меня свои р-руки!

— Ма-а-арк, ну ты скоро? — внезапно раздаётся у него из-за спины.

В поле моего помутившегося зрения вплывает взлохмаченная Рита. Она недовольно дует пухлые губы и стягивает на узкой талии шёлковый поясок своего изрядно помятого платья.

— Что тут происходит? — переводит взгляд с него на меня и усмехается. — Слушай, может, ты всё-таки потом со своей брюхатенькой разберёшься? Некрасиво заставлять неудовлетворённую даму ждать.

Меня выворачивает от боли и омерзения. Хочется вцепиться в накрашенные глаза этой наглой девицы без оглядки на любые последствия.

— Уйди, Рита! — гневно рявкает муж. — Вернись в кабинет!

— Ну уж нет, — её ухмылка становится шире. — Хочу посмотреть, как ты со своей неверной жёнушкой разберёшься.

Что?.. Эта… эта развратная дрянь знает, в чём меня обвиняют?..

Но вопрос не успевает слететь с моих губ. Коршунов оборачивается и командует:

— Или ты возвращаешься в кабинет, или к себе. Повторять не собираюсь.

Его приказ заставляет брюнетку скукситься, но ослушаться своего любовника она себе позволить не может. Поэтому окинув меня на прощание презрительным взглядом, возвращается туда, откуда явилась.

Муж поворачивается ко мне и предупреждает: