Измена. Ты сам отказался от нас

Глава 9

— Вот, значит, как?.. — Алиханова переводит внимательная взгляд с него на застывшую у него под боком супругу и обратно. — Беспокоиться, значит, не о чем?

— Ситуация под контролем.

Он не исповедоваться приехал. Он приехал хотя бы на время освободить себя от нежеланного груза, чтобы глупостей не натворить.

Но, справедливости ради, эта причина была вовсе не главной из списка. Что бы там его благоверная себе ни надумала. Это уже проблемы её разыгравшегося воображения.

— Ну… это, конечно, внушает мне оптимизм, — отозвалась тётка тоном, который явно свидетельствовал об обратном. — Ладно. Все дальнейшие разговоры нет смысла вести тут, на пороге.

Она щёлкнула пальцами и обернулась.

В этом доме всё работало как часы, поэтому он совершено не удивился, когда откуда-то их теней обширного вестибюля выскочил парень в форме и застыл в ожидании хозяйского приказа.

— Андрюш, проводи нашу дорогую гостью в её комнаты наверху. Саша, — она обернулась к его супруге, взяла её руки в свои и легонько их пожала, — любые свои пожелания адресуй Андрею. Всё, что угодно. Всё, что понадобится или может понадобиться. Ты поняла?

Она дождалась нерешительного кивка и отпустила его жену вместе с прислугой.

Багаж из его авто, он был уверен, уже давно выгрузили, а прибывших вместе с ними медика и его ассистентку давно определили где-то неподалёку.

— Я планировал оставить здесь кого-нибудь из охраны.

Тётка наконец обратила внимание на него и резко взмахнула рукой. Вся благожелательность из её вида испарилась, стоило лишним глазам и ушам их покинуть.

— Теперь-то я могу надеяться на то, что ты сподобишься мне объяснить, какого чёрта происходит?

Нет, он не собирался посвящать Алиханову в то, что грызло его изнутри и заставляло от гнева путаться мысли. Он не собирался устраивать тут исповедальню. Тем более что причин для их приезда более чем достаточно.

— Появился риск серьёзной утечки.

Карие глаза впились в него:

— Насколько серьёзной.

— Есть опасность того, что рассекретится список имён наших с Русановым информаторов.

— По делу о методах недобросовестной конкуренции?

— В том числе.

Тётка какое-то время внимательно смотрела на него, будто испытывала на прочность и заодно пыталась при помощи собственной интуиции определить, насколько правдив его куцый ответ.

Но сообразив, что он не позволит проникнуть ей дальше дозволенного, опустила взгляд и выругалась сквозь зубы.

— Как же ты позволил такому случиться? Как допустил?

Марк скрипнул зубами, приказывая себе не терять контроль. Но тётка этими вопросами била по больному.

— Ты забыла, с какими людьми мы дело имеем? Ты думаешь, они на заднице ровно сидят и ждут, когда я по их души явлюсь?

Алиханова промолчала, и он посчитал это за молчаливое признание собственной вины с её стороны.

— Они не успокоятся, пока не уничтожат всех, кто мог разболтать их секреты.

Он поколебался, прежде чем добавить:

— Я не могу рисковать.

Марк бросил взгляд на давно опустевшую лестницу, по которой его жена поднялась в своё временное пристанище в сопровождении прислуги.

Он ей не лгал. Просто всей правды не говорил. Эта правда сейчас никому не нужна.

— Это я понимаю, — Алиханова потёрла ладони друг о друга, будто внезапно озябла. — Думаешь, имя её отца непременно всплывёт?

Марк пожал плечами.

— Нечаев был одним из немногих, кто нанёс их бизнесу реальный урон, когда решился мне всё рассказать. Если список попадёт к ним в руки, им не составит труда вытащить о нём всю информацию. Это дело времени. Ближайшего времени, — бессовестно надавил он. — Если я с этим вопросом не разберусь.

— Даже слушать не хочу, как ты собираешься с ним разбираться, — пробормотала вдова Алиханова, отводя взгляд. — Господи, бедная девочка…

Он сцепил зубы и промолчал, не желая комментировать это спорное утверждение.

Иногда ему начинало казаться, а не плата ли это? Не плата ли это за то, что он позволил себе вообразить и размечтаться, будто акт его доброй воли перерастёт в нечто настоящее?..

Он думал, их брак и их будущий ребёнок — безусловно шаги в этом самом, правильном направлении.

Но их брак оборачивался в кабалу для обоих, а ребёнок… этот ребёнок был даже не от него!

— Она справится, — услышал он собственный голос, лишённый всяких эмоций. — Она сильнее, чем тебе кажется.

Тётка в ответ лишь тихонько фыркнула и махнула рукой, мол, много ты в женщинах понимаешь.

— В любом случае, — он собирался завершать их беседу. — Я рад, что ты согласилась помочь.

И получил, что заслуживал.

— Я оставлю её здесь только при одном условии, — вдова Алиханова вдруг посмотрела на него непоколебимо и строго.