Измена. Ты сама виновата, дорогая

Глава 1.

— Мне тебя долго просить? Неужели так долго погладить рубашку? Специально возишься, чтобы я как всегда опоздал на работу? Кто деньги будет зарабатывать, когда меня выгонят? — кричал муж.

— Уже скоро. Ты что нервничаешь? Как будто не с той ноги встал.

На него это было не похоже. Обычно тихо собирается на работу, а сегодня решил закатить скандал из-за мятой, не глаженной рубашки.

Живем уже вместе четыре года, а детей так и нет. Врачи разводят руками, со здоровьем все в порядке. Родственники советуют сменить мужа, свекровь советует сделать ЭКО. Я же продолжаю ходить по новым врачам в надежде на чудо.

Подаю Сергею выглаженную белоснежную рубашку и вижу его бледное лицо с красными пятнами.

— А что завтракать будем? Давай уже накладывай, — муж нервничает, застегивая пуговицы.

— Сейчас каша уже сварится. Подожди пять минут, — отвечаю ему уткнувшись в телефон.

— Хватит сидеть в телефоне. Совсем глаза испортишь. К старости никакие операции не помогут, — продолжал нападать Сергей.

— Да что с тобой? Это моя работа в телефоне сидеть, сам знаешь. Тут надо продумать инфографику к новым товарам на маркетплейсах. И чтобы всем понравилось. А это не с первого раза получается. У всех вкус разный. А переделывать время. Вот и приходиться ждать одобрения или переделывать, чтобы угодить клиентам.

Муж сел на стул и стал бить пальцами по кухонному столу. Я помешиваю кашу и искоса наблюдаю за ним. У него играют желваки и взгляд потухший. Скрытость - главная черта его характера.

Он почти никогда не выплескивает эмоции наружу. Все держит в себе, как драгоценность под семью замками. И мне остается лишь гадать, что творится в его душе, какие бури там бушуют. Иногда мне кажется, что это невыносимо. Хочется вытряхнуть из него все эти секреты и тайны, как старую пыль из ковра. Но иногда он все же срывается, как сейчас. И начинает тыкать меня носом в не глаженые рубашки, не приготовленный во время ужин или песок в прихожей.

Интересно, о чем он думает? О работе? О проблемах с машиной? Или, может быть, о какой-то женщине? Я вздрогнула от этой мысли и заставила себя не думать о плохом.

— Помнишь, мы перед свадьбой обещали все друг другу рассказывать. Что бы не произошло, ты всегда можешь со мной поделиться, — сказала я.

Сергей поднял на меня свои темно-зеленые глаза и облизав губы сказал:

— Хочешь знать? Ну смотри, сама виновата… Все время лежишь в постели как кукла. Хоть бы завела меня один раз. Из-за тебя мне пришлось искать другую, иначе бы совсем импотентом стал.

Я замерла, словно громом пораженная. Ложка выпала из руки, глухо ударившись о столешницу. Каша, которую я так старательно готовила, казалась теперь отравой. Его слова резанули хлеще ножа. Я отвернулась, комната поплыла перед глазами. Предательство. Вот как это называется. Не просто измена, а предательство. Ведь я, наивная дурочка, думала, что мы команда, что мы вместе пройдем через все трудности. А он… Он просто подумал, что сможет найти мне замену или еще чего похуже - развестись.

— Другую? Ты… ты изменил мне? — прошептала я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Он отвел взгляд, барабаня пальцами по столу. Желваки на его лице играли еще сильнее.

— Ну а что мне оставалось делать? Ты же совсем перестала быть женщиной. Вечно уставшая, больная… Никакого желания от тебя не дождешься. Я ведь мужчина, мне нужно.

— Нужно? А обо мне ты подумал? О том, как тяжело мне дается каждый день? Да, работа не изматывает меня физически, но все-же, — голос мой дрожал, выдавая всю боль и обиду.

Я убрала с плиты кастрюлю на стол с таким грохотом, словно хотела разрушить все вокруг. Слезы хлынули из глаз, обжигая щеки.

— Уходи, — сказала я, с трудом сдерживая рыдания. — Уходи и больше никогда не возвращайся.

Сергей молча встал и направился к двери, не обернувшись. Хлопок двери разнесся по квартире, оглушая меня. Я осталась одна, в пустой квартире с разбитым сердцем.

И что теперь? Я замерла не зная что делать, куда идти. Как будто у меня отобрали жизнь и не было никакого смысла ее продолжать. Если бы были дети, то зацепилась бы за них. Их маленькие ручки, объятия, наивные вопросы – все это хоть как-то скрепляло бы меня с реальностью, давало бы силы двигаться дальше, ради кого-то. А так… пустота.

Я подошла к окну, машинально отдергивая занавеску. За окном кипела жизнь: спешили прохожие, сигналили машины. А я стояла здесь, окаменевшая, наблюдая за этой жизнью как будто в стеклянной банке.

Будто меня больше нет в этой реальности, будто я призрак, обреченный вечно наблюдать. В голове мелькали обрывки воспоминаний: наша первая встреча, первое свидание, свадьба, клятвы верности. Все казалось таким далеким, таким нереальным. Как будто это было не со мной, а с кем-то другим. А теперь… все разрушено, разбито на мелкие осколки.

Зазвонил телефон, который вывел наконец меня из ступора.

— Светлана Юрьевна, вы уже едете? Тут вас уже ждут, — сказала моя коллега по работе Марина.

— Нет, я сегодня не смогу прийти. Возьму отгул.

— А что случилось? — всерьез поинтересовалась Марина.

— Семейные проблемы, — тихо сказала я и завершила разговор.

Нужно было что-то предпринять. Мне надо знать с кем и когда это случилось. Кто стал нашей разлучницей? Я набрала номер Паши, друга Сергея. Он должен был знать всю правду.

— Привет, у меня к тебе крайне важный вопрос.

— О, привет, Светочка! Как поживаешь, что нового? Ты так рано еще никогда не звонила, — ответил Паша.

— Ты можешь мне ответить правдиво на один вопрос? Я тебя больше ни о чем не попрошу. Только ответь!

— Ты меня заставляешь беспокоиться… Спрашивай, отвечу, — настороженно сказал Паша.

— У моего мужа есть любовница? Кто она? Когда он с ней стал встречаться? — задавала один за одним вопрос.

— Стоп, стоп! Ты уверена?

— Он сам мне признался только что!

Паша чем-то поперхнулся и закашлялся.