Измена. Ты свободен!

Глава 7

Солнце ослепило меня, и я поймала зайчика. На несколько секунд зажмурилась и, натянув кепку пониже, открыла глаза.

С детской площадки мамочка с малышом на руках увидела меня на крыльце и что-то шепнула подруге.

Быстро стоящие рядом повернулись в мою сторону и посмотрели оценивающе.

Проходя мимо я просто поздоровалась кивком головы как всегда. Почти все – знакомые.

В спину из их глаз полетели огни. Мгновение тишины. А следом прыснул яд.

Мои уши и лицо пылали. Идя дальше, я уже понимала, что совершенно правильно сделала, выйдя именно сегодня под эти взгляды. Постепенно успокаиваясь я дошла до магазина. Навстречу шли две молодые пары, прогуливающиеся с коляской, просто поздоровались и прошли мимо.

Недавно и мы так гуляли, и нам было абсолютно всё равно, что происходит вокруг. Мы же семья.

- Наташ, привет! Как там Макаров? – услышала я громкий голос. Со стороны лавочки возле магазина ко мне подбежал майор, что служит в одном отделении с мужем.

- Коль, позвони ему, и узнай, - спокойно ответила я. Мой голос меня не подвёл.

- Так не говорит же он! Звонили. Романов тоже как воды в рот набрал.

- А вам посплетничать подавай, да? – перехватила я сумку на другое плечо и повернулась спиной к солнцу, чтобы собеседнику оно светило в глаза. Он был в тёмных очках.

- Ну что ты? Переживаем ведь! Что ему будет за драку? - Коля нарисовал в воздухе вопрос рукой, и чуть не пролил пиво на меня. – Ой, прости…

- Почему только ему? А второму что? Он же не сам себя избил?– пыталась я выяснить, с кем же подрался Макаров. Но, видимо майор понял, что я имени не знаю, и сказал:

- В том то и дело, что никто не знает, кто был вторым. Только догадки. Нашли Макарова возле общаги офицерской на лавке. Кто-то сбежал, когда ребята выскочили. Увезли твоего мужа в госпиталь, а он и там говорит, что ударился об лавку, пьяный был, - и Коля очень внимательно заглянул под козырёк моей кепки.

- Не… Не знаю я ничего, может и правда об лавку, - выдержала я взгляд и распрямила спину.

- Мужики слышали, что двое ругались, вроде как из-за женщины…

- Не поделили, видимо, Лизоньку-то, - с ехидством сказала я, и уже сама заглядывала в глаза майору.

- Блин, Наташ, ты и это знаешь? - как-то растерянно спросил Коля и опустил глаза.

- Знаю. Поэтому с вопросами о Макарове к Лизоньке, хорошо? – мой голос дрогнул, сердце разогналось, руки стали тяжелеть и трястись, - А у меня сын, Коль, вот о нём мне надо точно позаботиться. А на Макарове заживёт, как на собаке, он же себя так и ведёт, как скот! Не волнуйся, Коль! Вопросы не ко мне! Мне пора.

- Наташ, послушай, но твой муж …

- Можешь у Романова поинтересоваться ещё разок! Всё! – это были последние слова, на которые мне хватило сил и голоса.

Я заскочила в магазин, зная, что Коля мужик понимающий, и за мной точно не пойдёт, и ждать у магазина не будет.

На удивление никого в магазине не было. Продукты покидала в сумку, набрала вкусняшек Сашке, а себе любимого мороженого. Шоколадного. Целый рожок. Потом подумала, и ещё парочку взяла. Пригодится.

На обратном пути мне уже было вообще без разницы, кто как на меня смотрит, что говорит. Как-то мигом всё обрезало, и мне стало легко. Я шла не торопясь, и ела любимое лакомство. Его вкус был прекрасным, даже лучше, чем всегда!

На площадке народу поубавилось. На меня уже почти никто и не смотрел.

Издалека в окне первого этажа я увидела Анну, которая высматривала кого-то. Увидев меня, она помахала мне рукой и жестом позвала зайти к ней.

«Вот её и угощу мороженым», - подумала я, доставая из кармана телефон, чтобы посмотреть на время.

И вдруг телефон завибрировал, и на экране высветилось «Любимый».

Стало обидно и сердце сжалось. Теперь не любимый? Как же быстро можно всё разрушить! Что же ты наделал, любимый мой! – думала я, глядя на экран телефона, пока звонок не прекратился.

Я, конечно, ждала от Макарова звонка, но говорить совершенно не хотелось.

Он теперь казался каким-то чужим человеком.

Улыбающийся, на свадьбе, в парадной военной форме, он смотрел на меня с экрана телефона, и казалось, что это было со мной, но со мной другой. А тот, что вчера стал предателем - разрушил меня ту, и я обернулась в каком-то новом теле. Как в сказке, где через голову кувыркнулся - и стал другим. Вот и наша жизнь кувыркнулась и раскидала нас. Только в середине остался Сашка. Сынок.

«А как же теперь Сашке всё объяснить? Ведь Макаров не прекратил быть отцом. Они так любят друг друга! Права Анна, пока сын ничего не должен знать. Папа болеет, работает, в командировке, да хоть на Луне! Отца Сашка любит и не должен знать о том, что мы… А что мы? Расстаёмся? Разводимся? Просто поссорились? …. Что у нас произошло? Ребёнка не обманешь. Надо что-то ему говорить».

Мы никогда не ссорились так, чтобы об этом слышал сын. Для него папа и мама всегда вместе. Как быть? Неужели Макарова эти вопросы не волнуют? неужели он не думает о Сашке?

Он вот так выбросит нас из своей жизни ради этой куклы, которую передают из рук в руки? даже не из рук, а с ... Фу, противно что-то...

Было бы понятно, если бы любовь, а то вот так...

Я, глядя в телефон и листая фотографии, медленно шла по дороге в сторону своего подъезда, думая о звонке мужа и о сыплющихся в моей голове вопросах к нему и к себе, когда слева от меня остановился огромный внедорожник.