Измена. Ты свободен!

Глава 10

Наш разговор был прерван ввалившимися в дверь уставшими, но хохочущими, детьми разных возрастов. Впереди бежал мой сын. Прямо в уличной обуви заскочил на кухню.

- Мамуйа! – запрыгнул он ко мне на колени. – Как я устай бегать! Я хочу скор-р… скор-рее домой, чтобы папе всё р-рассказать!

- Папа пока на работе, мой хороший. Мы напишем ему сообщение о том, как ты провел время, и он тебе перезвонит, если сможет.

- Хойошо. Пойдём домой, а?

Мы поблагодарили всех и ушли. Весь вечер ушёл на мытьё, стирку и приготовление ужина.

Сын уснул после еды, и я надеялась, что затея с сообщением для папы сама исчезла. Не тут-то было!

Как только я подумала, что можно немного отдохнуть после уборки на кухне, Сашка проснулся, схватил мой телефон, и, заглядывая мне в глаза, спросил:

-Папе напишем, как я игр-рай?

- Напишем, Сашенька. Я же обещала, – больше уговаривая себя, сказала я сыну.

Пальцы дрожали, попадали не туда, и получалось много ошибок. А он постоянно вспоминал что-то новенькое и смотрел в экран, будто понимал, что я пишу.

Вдруг вверху экрана появилась надпись, что абонент «в сети».

Я сильно заволновалась. «Значит муж видит , что я набираю текст!»

Следом «абонент печатает», и на экране появилось сообщение: «Наташ, возьми трубку, пожалуйста».

- Мама, тебе папа написай? Читай!

- Папа спрашивает, как у нас дела, – ответила я сыну. Стало противно, что приходится лгать ребёнку...

- Папа, у нас всё хойошо! Мы соскучиись сийно! Да, мам? - крикнул в телефон сын, забыв, что мы пишем смс-ку.

- Папа нас не слышит, малыш. Мы же пишем ему.

- Ах, да, я же забый! – шлёпнул себя по лбу сын и засмеялся. Я ему в ответ улыбнулась.

Я отправила мужу смс о том, как отдохнул Сашка, с припиской «От сына». Секунд через пять раздался звонок от мужа, и я отдала телефон сыну и ушла на кухню.

Сашка задыхался, рассказывая папе о походе, с кем и как он играл, как он сожалеет о том, что там не было папы и мамы. И надеется, что в следующий раз мы туда отправимся вместе.

А у меня всплыла колючая фраза Козлова о том, что в первый поход сын должен идти с отцом. Кольнул ведь в самое больное!

Это память на всю жизнь! И Макаров этот первый раз спустил в сортир. Да и следующие, видимо, тоже.

Слёзы навернулись на глаза. На что ты променял семью? Сволочь!

Я услышала топот ножек сына. Он бежал с телефоном в руке.

- Папа хочет с тобой поговойить. Ой, поговор-рить, вот. На, мам, - и сын отдал мне трубку.

- Беги, Сашуль, включай мультики и посмотри немного. Я скоро приду.

Сашка убежал, топая голыми пятками по полу, а я прикрыла дверь и положила телефон на стол. Из трубки послышался голос Макарова. На меня по-прежнему смотрело улыбающееся его лицо и надпись «любимый». А в ушах всплыла фраза: «Нат, мне нечего тебе сказать».

И я отключила вызов.

Из зала слышался звук любимого мультика, Сашкин смех, а в моём сердце разливался холод, сменяющийся жаром от обиды. Слёзы капали на стол, на телефон, на руки.

Вдруг моего лица коснулись детские пальчики.

- Мам, кто тебя обидий, а? – сынок сам стоял с испуганными глазами. – Папа?

«Ах ты ж, увидел мои слёзы. Что придумать?» - быстро вытерев глаза, я улыбнулась сыну.

- Нет, что ты! Просто обидно стало, что мы все вместе не пошли в поход, а мне пришлось пойти на работу.

«Какой бред я несу?»

- А р-разве взр-рослые пйачут, что не пошйи в поход?

- Если обидно, то конечно плачут. И мальчики, и девочки, и взрослые.

- И папы?

- Ну и папы, конечно… просто они плачут, когда им очень-очень больно.

- Я тоже пйачу тойко когда мне очень-очень бойно. Я ж мужчина! Вот мы сийно подр-рались с Мишкой. Помнишь? Бойно очень. Мы стар-раись не пйакать. Но он пер-рвый зар-ревей, потом и я тоже.

- Помню, мой родной. Раз больно, нужно немного поплакать – и всё пройдёт. Слёзы не всегда надо скрывать. Мужчины тоже плачут. Когда им очень-очень больно.

Я погладила сына по голове.

- Пойдем, Сашулька, спать.

Плачешь ли ты, взрослый мужчина, променявший семью на девку? - думала я, укладывая сына спать.

Болит ли твоё сердце о сыне, от которого ты получил смс-ку о его первом походе? Который он запомнит на всю жизнь, но в этих воспоминаниях не будет тебя, его отца!

О чём твои горькие слёзы, которые разрешает себе настоящий мужчина?

Пока сын засыпал, я сменила имя абонента последнего входящего вызова.

Какие только варианты я не подбирала? Предатель. Бывший. Отец моего сына. Козёл. Сволочь. Подонок.

Решила, что если так назову, то каждый раз буду вспоминать, почему так назвала.

Даже в какой-то момент решила оставить как есть, «Любимый». Но… Расхотелось.

Пока остановилась просто на фамилии. Наделает ещё гадостей – точно обзову.

Я отключила звук.

Через час я посмотрела на телефон.

Давно пришла смс-ка от абонента «Макаров»: «Спасибо».

Я вздохнула.

И висел не отвеченный вызов от Димы Романова. Однако.