Измена. Ты всё разрушил

Глава 3

Таня

Катя не сказала ни слова. А что было говорить, если и так всё понятно? Сколько я проплакала, не знаю. Хватило меня только на то, чтобы доехать до гостиницы, оформить номер и дойти до него. Потом всё. Рухнула прямо на пол у постели и взвыла в голос от разрывающей сердце боли. Рыдала и всем существом хотела, чтобы Матвей написал мне, чтобы позвонил, сказал, что всё это ошибка, что он сожалеет, что приедет за мной и заберёт, где бы я ни была.

Слёзы закончились, оставив головную боль, озноб и чувство полнейшего опустошения.

— Умойся, Тань, — сказала Катя, окинув меня взглядом. — Ты себя в зеркало видела?

При упоминании о зеркале я снова начала рыдать, хотя только что думала, что сил на это не осталось.

— Так, всё, — строго сказала Катя. — А ну! — Взяла меня за руку. — Тань, прекрати. Ты уже опухла вся. Нос как картошка стал.

— Он мне изменил, Кать, — проныла я. — Там такая… Я поехала, а он там…

— Куда ты поехала?

— На кор… корпоратив, — всхлипнула я. — А он из ресторана с ней… И в машину. И не приехал вечером.

Подруга сжала мою кисть. Глаза гневно блеснули, а губы сжались.

Матвей мне так и не написал, зато написала Катя. Спросила, как всё прошло. В ответ я отправила голосовушку с кашей из соплей и слов, где сама разобрать бы ничего не смогла. Видимо, только название гостиницы внятно я и сказала, если Катя сейчас здесь.

— Кто это? — спросила я взволнованно, услышав стук в дверь.

Сердце так и подпрыгнуло, и, прежде чем я одёрнула себя, в мыслях всё-таки пронеслось шальное «что, если…».

Но Катя быстро вернула меня на землю.

— Доставка из ресторана. — Посмотрела пристально. — Ты думала, это Матвей?

Я потупила взгляд. Да, именно это я и подумала.

***

Катя разлила по чашкам чай и подвинула одну ко мне.

— Открывай свой чемодан, — скомандовала она.

— Зачем?

— Открывай чемодан, говорю.

Я сделала глоток чая и приволокла чемодан. Пока везла его к номеру, ручка совсем перекосилась и перестала засовываться обратно.

— У тебя что, другого не было?

— Да я как-то… Мне хватало того, что у Матвея. Я много вещей с собой не брала никогда.

Подруга смотрела долго, но ничего так и не сказала. Сама расстегнула молнию и вытащила то, что было сверху. Это оказалось одно из моих любимых офисных платьев. Тёмно-серое, под горло.

Катя осмотрелась и взяла с подноса нож.

Я ахнуть не успела, как она резанула рукав платья.

— Ты что делаешь?! — Подскочила к ней и наткнулась на предупреждающий взгляд.

— Это ты что делаешь?! Ты в своём уме?! — Она отодрала рукав до конца. — Сегодня мы с тобой устроим вечер погребения, а завтра ты начнёшь жизнь новой себя, поняла?

— Вечер чего? Погребения? Погребения чего, Кать?

Я в недоумении вытаращила глаза. Кажется, даже опухшие веки не помешали.

— Погребения вот этого вот, — ножом показала она на мои вещи.

— Нет, я схватилась за ручку и отодвинула чемодан подальше. — Это…

— Это дурацкий хлам! — Катя ловко выхватила из чемодана халат. — Это что за хрень?!

— Халат…

— Это не халат, а половая тряпка! Я Матвея не оправдываю, но ты… Ты чем думала?

— Кать, нет!

Но было поздно. Под лезвием ножа ткань затрещала. Катя нецензурно выругалась и отбросила нож на стол. Ничего не сказав, сняла трубку телефона внутренней связи и попросила принести нам ножницы. Только после этого снова посмотрела на меня. Я сглотнула горький ком, вставший в горле.

— Ты Матвея любишь? — спросила она тихо и очень серьёзно.

Я кивнула. Губы дрожали, подбородок тоже. Да сколько же во мне этих проклятых слёз?!

***

— Это ещё что? — спросила Катя, вытащив из чемодана последнюю кофту.

Рядом лежала груда изрезанных вещей. Из всего целым осталось только одно платье, да и то потому, что в противном случае я бы осталась голой.

Подруга натянула ткань, продемонстрировав мне дырку.

— Зашить же можно, — неуверенно сказала я. — Кофта хорошая. Хотя бы для дома. Я эту кофту на последнем курсе покупала. Тогда…

Договорить я не успела. Катя щёлкнула ножницами и швырнула то, что осталось, обратно в чемодан. Потом сгребла с пола всё остальное и кинула туда же.

— Это были мои вещи, — сказала я тихо, едва не плача.

Несколько часов назад мне разбил сердце Матвей, а теперь я лишилась и одежды. Абсолютный аут.

— Новые купишь, — сказала она. — Хотя нет. Выбирать тебе новые шмотки мы пойдём вместе. Завтра у нас будет долгий день. И трудный.