Измена. Ты встретил моложе

Глава 11

— Надеюсь, ты пошутил.

— В смысле?

— Пошутил насчёт семей.

— С чего это? — удивился Гранин.

— Что это за формат такой — семейные встречи?

— Они хотят пообщаться в неформальной обстановке. Хотят узнать нас поближе. Чем живём, что из себя представляем.

— Слушай, если они действительно настроены задушевные посиделки с нами устроить, я вынужден буду это мероприятие пропустить.

В трубке воцарилось молчание.

— Воронов…

Мать-то твою, почему они так не вовремя решили с ними контакты наладить? Столько месяцев они за ними гонялись, условия всякие предлагали — и те нос воротили. И вот сейчас, когда у него в семье разразилась вся эта адская канитель, они вдруг очнулись!

— Максимум, на что я соглашусь — это поездка без родни.

— Поедешь один? За что ты так со своими? Семью не хочешь светить?

Вариантов ответа было не особенно много. Либо он начнёт городить какую-нибудь чушь, только бы уйти от прямого ответа, либо сообщит всё как есть, без лишних фантазий и приукрашивания.

— Я попросту не смогу светить то, чего нет.

— Воронов… ты там в порядке? — осторожно поинтересовался Гранин. — Что за чушь ты несёшь?

— Мы со Светланой разводимся.

На этот раз пауза затянулась на непростительно продолжительный срок.

— Охренеть… — наконец отошёл от ступора Гранин. — И это даже не дебильная шутка…

— Не думаю, что развод — удачный повод для шутки, — холодно отозвался Михаил, про себя отмечая, что всё это очень странно звучит.

Они ведь со Светланой ничего конкретно ещё не решали. То есть она, конечно, объявила о своих намерениях, и он не отыскал причин противиться её решению. Он же видел, что решение она приняла не на эмоциях, не в пылу ссоры. Она всё для себя поняла.

И вот это его тоже скребло. То, что за годы их брака Светлана привыкла всё держать при себе, ничем не выдавать того, что творилось внутри.

И сейчас сложно было сказать, что она испытывала на самом деле. Как сильно переживала о том, что им предстоит. Ведь развод после двадцати лет брака — это целая веха, это событие, от которого просто так не отмахнуться. Это понимал даже он, хоть и считался в их ситуации наименее пострадавшей стороной.

— Твою-то… — от слов Гранина разило неловкостью. — Как не вовремя, а! В смысле, мои соболезнования… как-то дебильно конечно, звучит. Никто, слава богу, не умер, но… блин, это печально. Мне очень жаль…

— Спасибо за участие, — Михаил мучительно раздумывал, как бы перенаправить разговор в нейтральную плоскость.

Не пришлось. Гранин его опередил.

— Даже не знаю, как им теперь всё объяснять.

— То есть? — нахмурился Воронов. — А с какого бы это нам перед ними объясняться?

И только теперь ему стало понятно, почему Гранин в таком замешательстве от ненеожиданных новостей.

— Да я с этими твоими шокирующим новостями и не договорил, — чертыхнулся он. — Они же хотели обсудить ряд совместных благотворительных проектов, которыми фонд супруги твоей занимается. Они очень в них заинтересованы.

Теперь Гранин говорил едва ли не извиняющимся тоном.

— Тут потому о семьях речь и зашла. Я даже не знал, что они Светлану твою мониторили. Собственно, только во время вот этого их звонка и всплыло. Мирошин мне так и заявил, мол, очень хотелось бы пообщаться и перенять опыт по линии благотворительной работы. Типа это как-то поможет им впоследствии влиться в ряд государственных проектов.

Да это шутка какая-то... Причём очень жесткая шутка. До изощрённости.

— Как-то я этого… совершено не ожидал, — пробормотал Михаил, таращась в одну уточку.

Коллега молчал. Они оба пытались оценить ситуацию с поправуой на новые обстоятельства.

— Слушай… — наконец отозвался Гранин задумчиво. — Понятное дело, что никто тебе развод вменять в вину не собирается, но они реально хотели пообщаться со Светланой. Во-первых, ты обязан её поставить в известность. Во-вторых, если супруга откажется, то на нет и суда нет, верно? Вот, считай, и решили вопрос. Ну а на встречу приедешь сам. Тут как бы без вариантов. Думаю, так будет максимально честно со всех сторон.

— Да. Думаю, да. Я подумаю, — пробормотал Воронов и отключился, раздираемый смешанными чувствами.

В мыслях промелькнула коварная мысль, что ему совершенно необязательно ехать на эту встречу в гордом одиночестве. Да, он разводился. Но он не одинок.

И словно в ответ на эту мысль отложенный на угол стола телефон зазвонил.

Звонила Алина.