Измена. Уйти от мужа

- 13 Лия -

Отец молчит выразительно. Я даже вот так, не видя его, могу представить, как он хмурится или кривится.

- Что, опять телефон потеряла? Не слишком ли безответственное отношение, дочь?

- Так вышло. Я звоню, чтобы…

- Уже оклемалась? - перебивает он меня.

- От чего?

- Ну, муж твой сказал, что ты сейчас не в форме. Но слышу - голос не убитый. Что врачи сказали? Есть шансы?

- При чем тут это? - раздраженно спрашиваю, прикрыв глаза. Я же просила Андрея не обсуждать с папой мои анализы и встречи с врачом. Отец постоянно давит, и я так устала от этого. Хотела, чтобы мы сами разобрались со всем.

- Ну, так он сказал, что вы поэтому не можете к нам на обед приехать. А Анфиса, между, прочим уже настроилась. Сама понимаешь - ей сейчас нельзя расстраиваться.

Еще пару минут назад позвонить отцу казалось неплохой идеей.

Можно сказать, у меня была настоящая надежда, что он все же будет на моей стороне. Но с каждым его словом я начинаю все больше сомневаться в этом.

- Понимаю, - отвечаю, стараясь не выдать своих эмоций. - Но мы и правда не сможем приехать к вам.

- То есть все-таки врачи опять какую-то ерунду сказали, да? Ты вновь рыдаешь в три ручья?

- Пап…

- Не папкай мне, Лия. Я жду внука. У меня вон сын на подходе, хочу внука теперь. Ты же обещала мне, помнишь?

На что я, дурочка, только надеялась?

- Он мне изменил, пап. Я не хочу больше с Андреем жить. Мне надо…

- Допрыгалась, - едва ли не рычит он. - А я тебе говорил! Ребенка надо!

Слышу, как на заднем фоне начинает причитать Анфиса. Не могу сказать, что у нас хорошие отношения. Я же вижу, что она с отцом закрутила по одной понятной причине - деньги. Но и упрекнуть в том, что она о нем не заботится, тоже не могу. Да, из своих меркантильных целей, но моя мачеха старается наладить наши с отцом отношения, постоянно выступает миротворцем. Даже она относится к моим проблемам с фертильностью с куда большим пониманием, чем папа.

- Аня, не лезь, - ворчит папа, но, как и всегда, молодая беременная жена сглаживает углы его взрывного характера. - Вот что, дочка, тогда тем более приезжайте. Поговорим. И что бы там себе сейчас не надумала - никакого развода не будет.

- Но он же…

- Я все сказал! Ты думаешь, я просто так влил бабла в бизнес Садыкова? Нет. Это все - наследие моего внука, которого вы мне родите. Ясно? Так что завтра чтоб оба были у нас.

И бросает трубку. А я смотрю на экран телефона и не верю. Может, это мне показалось? Может, это шутка?

Растерянно поднимаю взгляд на Ярошина. Тот молчит, что, в общем-то, хорошо. Если он сейчас как-то выскажется, я, вероятнее всего, расплачусь.

- Раз ты не беременна, то предлагаю открыть вино.

- Вино? - моргаю, не успевая за мыслью мужчину. - Но здесь же нет…

- Нет. Но скоро привезут.

И ни слова о том, что он только что услышал. На то, что разговор с отцом остался приватным, я не надеюсь. Слишком громко кричал отец.

Слишком.

А я вот снова не слишком…

Григорий снова возвращается к своим поискам, давая небольшую передышку и мне. А буквально через несколько минут раздается звонок.

Вздрагиваю, испуганно глядя на дверь.

- Доставка, - коротко бросает Ярошин и идет в коридор.

Я даже не удивляюсь такой оперативности. Очевидно же, что у Григория есть деньги. Квартира в доме, где живет Кристина, стоит немало. Да и машина у него тоже представительского класса. Впрочем, вряд ли бы у Крис был нищий брат.

В принципе и муж тоже когда-то хотел пользоваться настолько быстрыми доставками. Жаль, что давно не было для этого повода. Это еще поначалу он баловал меня сюрпризами или мог сделать себе внезапный выходной, чтобы порадовать жену.

Теперь же… Теперь это, видимо, привилегия той самой Стеллы.

Во рту снова собирается горечь. Отхожу к окну, разглядывая осеннюю темноту улицы. Даже когда слышу шорохи за спиной, не поворачиваясь. Как-то незаметно я снова возвращаюсь к мыслям о муже, о его измене. И кажется, я опять на краю обрыва. Любое слово может толкнуть меня в бездну слез и самокопаний.

Надо быть сильной. Отец всегда требовал быть сильной. Но я не понимаю, как это? Как жить дальше, когда у тебя вырвали сердце, а затем растоптали?

- Держи, - Григорий подходит с бокалом красного вина.

Молча забираю, выпиваю практически залпом.

- Тебе бы поесть, - предлагает он и кивает на стол.

Когда только успел накрыть и разложить нарезку по тарелкам? Хотя, может, это уже так и доставили?

Отстраненно смотрю на это великолепие. Качаю головой.

- Я хочу побыть одна. Ладно?

- Лия, это не…

- Гриш, - позволяю себе перейти формальную черту. И мужчина словно замирает после этого. Удивленно, но в то же время будто он только того и ждал. - Пожалуйста. Мне это нужно.

- Здесь три комнаты. Я постелю тебе в одной.

- Я могу сама и…

- Лия, позволь тебе помочь.

Что-то в его взгляде пробирает. Откликается в моей душе, но боль глушит любые эмоции кроме нее.

Не понимаю, зачем это Ярошину, но сейчас нет ни сил, ни желания разбираться.

- Хорошо. И спасибо тебе.

Спустя полчаса я уже одна в спальне. Стою возле окна, и сна ни в одном глазу. Григорий пожелал мне хорошей ночи и ушел. А я понимаю, что вряд ли смогу уснуть.

Собственно, так и происходит. До самого рассвета я лежу, думаю, вспоминаю.

Первое знакомство, первое свидание.

Первый поцелуй и то, как Андрей меня покорял своим вниманием и заботой. Отец, который обычно так трепетно относился к моим знакомствам, в этот раз проявлял удивительное терпение и позволял мне бегать на свидания к Садыкову чуть ли не через день.

Я влюбилась. Растворилась в этом мужчине, сделав целью своей жизни наше счастье. Нашу семью.

Я была такой дурой…

Ближе к восьми раздается осторожный стук в дверь.

- Лия, могу я войти?

Поднимаюсь с трудом. Сейчас мне ничего не хочется. Но я понимаю, что будет невежливо проигнорировать единственного, кто помог мне в трудную минуту.