Измена в 42. Двойной удар

Глава 4

Елена

— Спасибо, дорогой! Спасибо, что тр*хал другую, пока я была в неведении о твоей подлости! И продолжал бы это делать, если бы не эта случайная встреча! — выпаливаю с очевидным сарказмом, не скрывая свою горечь.

Внутри меня все пылает. Ситуация настолько абсурдная, что приводит в немой шок. Мне до сих пор не верится, что я оказалась в эпицентре этого бреда.

— Я бы обязательно тебе все рассказал. Просто… Позже, — скомкано отвечает Володя, потупив взгляд вниз.

— Когда? Когда у твоей ненаглядной пузо начало бы расти?!

— Лена, прекрати паясничать! — рычит муж, схватившись за голову.

— А если она передумает, Вов? Ты не думал об этом? И что тогда? Будем жить все вместе дружной шведской семьей?! — продолжаю язвить, ощутив, как меня начинает тошнить от этой ситуации. Во рту разливается неприятный привкус горечи.

Обида жжет изнутри, ведь Вова даже не спросил, что со мной и почему я здесь. Он словно уверен на все сто процентов, что я оказалась в гинекологии снова из-за выкидыша. Словно он поставил на мне жирный крест.

А я ведь надеялась. Я бы обязательно продолжила бороться, если бы не его предательство. Но теперь все. Это конец. Володя сделал свой выбор.

— Не будет! Мы с Миланой все решим документально. Можешь не переживать по этому поводу, — заверяет меня муж, бросив колючий взгляд в мою сторону.

— Что за бред?! Это… Кощунство какое-то, — морщусь я в отвращении. Как можно продать своего родного ребенка другой семье?! Уму не постижимо.

Чувство вселенской несправедливости давит в виски. Почему кому-то дети даются так легко? Почему кто-то так легко готов отдать своего ребёнка в чужие руки?! И почему тот, кто безумно желает завести свою маленькую кроху, лишен этой возможности?!

— У Миланы сложная финансовая ситуация. Ей нужны деньги, поэтому мы с ней… Решили помочь друг другу, — Володя выдает это с таким гордым видом, словно совершил подвиг. — Она не является моей любовницей. Я с ней не сплю.

— А сколько же раз ты с ней спал до того, как зачался этот ребенок?! — усмехаюсь с отчаянием в голосе.

Стены этой тесной палаты начинают давить. Нужно срочно отсюда бежать. Больше невозможно здесь находиться. Я сойду с ума, если ещё хоть на минуту останусь здесь с этими двумя.

— А знаешь, не важно. Не говори, — брезгливо взмахиваю рукой я, заметив на лице мужа замешательство. — Мне плевать.

— Лена, многие женщины прощают мужьям измену и живут дальше как ни в чем не бывало. И я, на минуточку, изменил тебе не просто так. А ради благой цели. Ради нашего будущего. Я же люблю тебя, Лен. А Милана это так. Только…

— Кто? Инкубатор? — скалюсь я, не веря ни единому слову предателя. Он несет несусветный бред. Причем такой, что уши вянут.

— Можешь думать и так, если тебе от этого станет легче. Но между нами с Миланой нет никаких отношений, — решительно выдает Вова, сцепив руки перед собой.

Вспомнив слова его любовницы, так и не скажешь. Уж она, кажется, очень даже уверена, что между ними все как раз-таки есть. Кого пытается обмануть Володя? Меня? Её? Нас обоих?

Нет. Уж я из себя делать дуру точно не позволю.

— Мне все равно. Теперь мне все равно, ясно?! Делай, что хочешь, но я ни за что не продолжу с тобой совместную жизнь! — грубо выплевываю я, судорожно тыча пальцем в предателя.

— Ты не сможешь без меня, — нервно цедит муж, напрягая челюсти. — Ты же от меня зависишь, Лен. И все, что тебе так дорого. Особенно твой фонд помощи больным детям. Как думаешь, долго ты сможешь вывозить его на собственном горбу? — подлец сверлит меня хитрым прищуром.

Грудь сжимает прессом. По первой не могу ни вдохнуть, ни выдохнуть. Значит, вот оно что. Угрожать мне собрался.

Как же это подло. Особенно, когда Володя знает, насколько дорог мне этот фонд. И он нарочно решил ударить в самое больное место.

— Эй, ребят? Вы там долго ещё отношения будете выяснять? Я есть дико хочу, — нашу беседу прерывает Милана, высунув свою голову из двери. От её вида меня передергивает.

Даже хорошо, что она заглянула. Больше нет желания вести этот абсурдный разговор.

— Нет, мы уже закончили. Приятного аппетита, — сухо бросаю я, и быстрым шагом покидаю палату, пока предатель занят своей пассией.

Не знаю, радоваться мне или наоборот огорчаться, но Володя не пошел за мной. Я не надеялась. Но тот факт, что он сейчас остался с этой девчонкой, режет по сердцу острым лезвием.

Я предана и унижена. Моя жизнь разрушена. И теперь на волоске висит и мой фонд, в который я вложила столько сил и труда. Мои бедные дети, которые ждут помощи. Я же не могу их бросить… Моё сердце тогда просто разорвется!

Но Володя прав. Со своей зарплатой воспитателя детского сада, я попросту не потяну такие затраты. Гад просто загнал меня в угол!

От бессилия хочется выть. Как же найти выход? Неужели мне… Придется молча все это терпеть?