Измена в 42. Уроки любви

Глава 2

Я зашла в дом, и тишина накрыла меня с головой. Даже жужжание залетевшей мухи казалось оглушительным. Вот уж «радость» летнего сезона, подумала я, беря полотенце. Эти жужжалки… не прихлопнешь, за ночь замучают.

— Вадим? — тихонько позвала я, чтобы никого не разбудить. Муха летала слишком высоко, не дотянуться.

Тишина в ответ. Я решила подняться на второй этаж, где он часто пропадал за работой. Подошла, открыла дверь, и... пустота. Где же он?

Я замерла на месте, прислушиваясь. Тихий приглушённый голос слышался дальше по коридору — Вадим с кем-то говорил.

Да что ж такое! Опять работал в воскресенье. Мы же договаривались! Я хотела подойти тихонько, прикрыть дверь, чтобы ему не помешать. Но услышала то, от чего сердце пропустило удар, а в моих ушах начал грохотать пульс.

Заглянула в приоткрытую дверь гостиной и увидела, как малолетняя сволочь Альбина стояла на коленях перед моим мужем и активно работала ртом!

Картинка перед моими глазами перевернула мир. Всё, что было родным, стало невыносимо чужим. Душа кричала от боли и стыда. Это было как удар под дых от двух самых близких людей...

От мужа и...

В нашем доме? Изменял мне в НАШЕМ с ним чертовом доме! В голове не укладывалось. Здесь дети, мама! В нашем гнёздышке, которое я холила и лелеяла. В атмосфере, которую строила на любви, искренности и уважении. Он буднично просил эту змею сделать ему...

Жизнь утратила смысл. Это не вычеркнуть, не забыть, не вернуть. Всё, что я лелеяла как наш самый ценный дар, в эту минуту кануло в пропасть.

Как картонная марионетка, толком не понимая своих действий, развернулась и ушла. Шатаясь, почти вслепую. Дышалось тяжело. В горле стоял ком. В груди давило.

Я брела на задний двор, подальше от всего.

Не могла сейчас ни с кем говорить, хватило бы одного взгляда на меня, чтобы все поняли, что случилось ужасное...

Не хотела никого видеть. Ни с кем не хотела говорить. Меня воротило. Не понимала, не хотела принимать такую правду!

За что Вадим так со мной поступил? Ну Альбина ещё глупая, безмозглая. А он-то как мог? Она же как дочь…

Я с трудом сглотнула горечь.

Тяжело опустилась на качели под навесом и неподвижно сидела, смотря в одну точку.

Как же так? Почему? За что?

Неужели я была так слепа, не замечая очевидного? А ведь он часто стал спрашивать про Альбину у Кати. Я даже внимания не обращала…

Я ведь верила Вадиму, как самой себе! Была в нём уверена и готова ради него жизнь отдать…

Чего ради? Я призналась себе, что мой идеальный мир рухнул, и горько усмехнулась.

Не знаю, сколько я так просидела на качелях, обмахивая лицо, чтобы не разреветься.

Меня никто не искал.

Я думала, что меня любят. Ценят за то, что я замечательная хозяйка и мама.…

А оказывается, часть моих функций взяла на себя Альбина.

Надо же, какая заботливая выросла девочка.

Я испытывала даже не гнев, а опустошение. Будто я разбилась на куски и перестала быть живой. Вроде также могла двигаться, говорить, думать, дышать… Но внутри я словно умерла.

Потому что я впервые осознала, что нет никаких мы. Это я всегда говорила: мы с Вадимом…

А у него был он, семья, для галочки, а для души — молодая любовница.

Я нервно рассмеялась.

Как такое вообще могло быть? Он что совсем на старость лет с катушек съехал? Альбина же как Катя, как дочь! Я даже понять не могла, возмущало меня это или отвращало. Просто не укладывалось в голове…

"Ты мне дорога" — всплыли в голове слова Вадима, и боль накрыла с новой силой.

Пыталась найти оправдание, но не находила. Как ещё это можно было объяснить?

Перед глазами вспыхнула картинка, как девочка, которую я растила на собственных руках, которой с любовью выбирала подарки, чтобы она никогда не чувствовала себя обделённой из-за скромного достатка родителей, стояла на коленях перед моим мужем и ему насасывала.

Ему, видите ли, приходилось изворачиваться, чтобы с ней встречаться! То-то и встречи по работе поздние, и в офисе задерживался. Теперь-то всё встало на свои места! Какая же я была слепая, доверчивая! Курица-наседка. Сидела, как дура, ждала его дома. Кастрюльки в полотенце укутывала, чтобы Вадик тепленького, вкусненького, домашнего поел!

Тупая боль разлилась в груди. Как же больно это было. Как забыть всё к чертям собачьим! Я просто не могла сделать вид, что всё по-прежнему! Не могла!

Мы были вместе двадцать лет! Целая жизнь… Увидели друг друга и влюбились с первого взгляда. Поженились через два месяца, и я тут же забеременела. Он был моим первым и единственным мужчиной.

Я жила им, дышала, каждый миг своей жизни. Любое его желание я выполняла, чтобы он был счастливым…

Из раздумий меня вырвал стук двери и довольные голоса. Вадим и Альбина вышли из дома.

Они не видели меня, счастливые, улыбались. Вадим гладил её по плечу.

— Спасибо, малышка, — донёсся его голос, полный довольства. Этот голос, который я знала, наверное, лучше, чем свой. Я видела, что он был счастлив... Счастлив с кем-то, кроме меня.

Это я должна была умереть без него. Но не он.

Как же больно. "Малышкой" он всегда называл только меня...