Измена в реальном времени

Глава 6

Входим в дом, и привычный запах нашего жилища окутывает меня – смесью ванильных свечей, кожаной мебели и едва уловимого аромата кофе, который Андрей варит по утрам. Муж щелкает выключателем, зажигая свет в просторной гостиной. Мягкий желтый свет ложится на бежевый диван, на котором мы столько вечеров проводили вместе, на книжные полки вдоль стены, на камин с фотографиями в серебряных рамках.

– Проходи, располагайся, – говорит Андрей, ставя мою сумку у лестницы. – Я разогрею ужин. Ты, наверное, голодная после полета.

– Немного, – киваю, снимая куртку и вешая на крючок в прихожей. Улыбаюсь мягко, стараясь выглядеть расслабленной и счастливой. – Спасибо, что заказал мое любимое.

Прохожу в гостиную, чувствуя, как напряжение сковывает плечи, но заставляю себя двигаться плавно, естественно. Опускаюсь на диван, поджимая ноги под себя в той позе, которую всегда принимаю дома. Привычный жест, знакомый Андрею. Нельзя выдать себя скованностью или не естественностью движений.

Слышу, как на кухне открывается дверца микроволновки, звенят тарелки, льется вода. Оглядываю комнату, мысленно прикидывая места для камер. Книжная полка у дальней стены идеально. Высокая декоративная ваза на каминной полке тоже подойдет. Рамка с фотографией на столике у входа, откуда будет виден коридор и часть гостиной.

Через несколько минут Андрей возвращается с подносом. Ставит передо мной тарелку с пастой, от которой поднимается ароматный пар. Запах чеснока, базилика и морепродуктов заполняет ноздри, и желудок неожиданно напоминает о себе голодным спазмом. Действительно не ела со вчерашнего вечера.

– Ешь, пока горячее, – говорит Андрей, устраиваясь рядом со своей тарелкой. Его бедро касается моего, создавая привычный контакт. Раньше этот жест успокаивал, заставлял чувствовать себя защищенной. Сейчас кожа под одеждой покрывается мурашками от напряжения, но продолжаю сидеть неподвижно, не отстраняясь.

Беру вилку, накручиваю пасту, отправляю в рот. Вкусно, как всегда в этом ресторане, но еда застревает комом в горле. Приходится делать усилие, чтобы прожевать и проглотить. Запиваю чаем, который Андрей предусмотрительно поставил рядом.

– Как церемония? – спрашивает он между двумя укусами. – Расскажи подробнее. Как прошло награждение?

Начинаю рассказывать, тщательно подбирая слова, следя за интонацией. Описываю сцену, аплодисменты, речь организаторов, вес статуэтки в руках. Говорю оживленно, позволяя энтузиазму просачиваться в голос. Андрей слушает внимательно, кивает, улыбается в нужных местах. Протягивает руку, накрывает мою ладонь своей, сжимает тепло и ободряюще.

– Моя умница, – произносит с гордостью, и глаза светятся искренним восхищением. – Ты заслужила эту награду. Столько труда вложила в проект.

Его большой палец поглаживает тыльную сторону моей ладони медленными круговыми движениями. Жест нежности, который раньше заставлял сердце трепетать. Сейчас желудок сжимается от отвращения, но улыбаюсь в ответ, переплетая пальцы с его пальцами.

– Без твоей поддержки не справилась бы, – говорю мягко, глядя ему в глаза. – Ты всегда верил в меня.

Андрей наклоняется, целует меня в висок. Теплые губы задерживаются на коже, и его дыхание щекочет волосы. Замираю, позволяя поцелую, заставляя себя не отшатнуться. Пальцы его свободной руки скользят по моей щеке, поглаживая нежно, и приходится напрячь все мышцы лица, чтобы не поморщиться.

– Всегда буду верить, – обещает он тихо, отстраняясь и возвращаясь к еде.

Доедаем молча. Тишина не давящая, а скорее уютная, привычная для пары, которой комфортно вместе. Но внутри меня каждая секунда этого молчания отдается тяжелым ударом сердца. Наблюдаю за Андреем краем глаза. Он ест спокойно, расслабленно, иногда поглядывает на меня с легкой улыбкой. Ни тени напряжения, ни намека на вину.

Заканчиваем ужин, и Андрей собирает тарелки, относит на кухню. Слышу, как льется вода, звенит посуда. Сижу на диване, обхватив руками колени, и снова оглядываю комнату. План формируется четче. Завтра заберу камеры у Тани, установлю, пока Андрей на работе. Спрячу так, чтобы не заметил.

– Ксюш, я в душ, – доносится голос Андрея из коридора. – Устал после дня. Присоединишься?

Обычно после моих отъездов мы принимали душ вместе. Маленький ритуал воссоединения. Но сейчас мысль о его обнаженном теле рядом с моим вызывает только тошноту.