Измена. Вернуть любовь

Глава 13

Кос оказался ураганом. Они с Верой удивительным образом гармонировали и дополняли друг друга. Кос – высокий, широкоплечий, с мощным торсом, внешне был похож на викинга, и прическа у него была соответствующая, – выбритые виски и собранные в кичку на макушке волосы. Он был одет в алладины и летящее летнее пальто, которое еще называют пыльником.

Он ворвался в палату с букетом цветов и в помещении сразу стало тесно. А еще очень шумно. Бывают люди, которые сразу занимают все пространство, притягивая всеобщие взгляды и внимание, с совершенно ненормальной харизмой и буквально брызжа обаянием во все стороны. Кос был как раз из таких.

Он практически подлетел к Вере, которая попыталась было встать, но он на подлете сразу же сграбастал ее в свои медвежьи объятья, что та только успела пикнуть. А потом простонала:

– Кос, медведина, сейчас ребра сломаешь и тогда я еще надолго здесь останусь, – Вера стукнула викинга кулачком в грудь, а он только засмеялся, перехватил ее руку и поцеловал.

– Так. А это кто у нас? Соседка появилась? И ее муж? – Кос с любопытством посмотрел на меня, а потом на Льва.

Лев встал и невзначай загородил меня собой. Мне даже показалось, что его взгляд неуловимо изменился, когда увидел, с какой заинтересованностью меня рассматривает пришедший.

– Я – лечащий врач Веры и Дарьи. Прошу вас не сильно задерживаться, часы посещений у нас строго регламентированы, – сухо сообщил он. – Дарья, Вера, я сегодня дежурю, поэтому загляну еще к вам.

Он кивнул нам, еще раз строго посмотрел на Коса и вышел.

– Строгий дядька, – сделал большие глаза Кос. – Ну что, Вера, знакомь меня с Дарьей.

– Дарья – Константин, Константин – Дарья, – представила нас Даша. – Даша, только имей в виду, это тот еще прохвост. Знаю его чуть ли не с детсадовского возраста, он хоть и отрастил бороду, а все такой же раздолбай. Поэтому – не ведись ни на что, – подмигнула она мне.

Я только улыбнулась в ответ. А потом тактично отвернулась к стене и закрыла глаза, делая вид, что сплю и давая им возможность пообщаться наедине. Они какое-то время шуршали чем-то и тихо разговаривали, а потом вышли из палаты.

Судя по всему, я задремала, потому что совершенно не услышала, как они вышли, а Вера потом вернулась одна. Проснулась я от того, как нянечка гремела кастрюлями, подкатывая тележку с ужином к нашей палате.

Мысли текли вяло, как-то тягуче. Я скучала по работе и клиентам, очень хотела возобновить сессии поскорее.

А еще мне не хотелось ничего решать, вот вообще. Хотелось снова стать маленькой, перенестись в те времена, когда за тебя все решали родители. Знаю, сейчас вылезает моя инфантильность, но могу я дать себе слабину и хоть ненадолго поверить в волшебника, который придет и решит за меня все проблемы. Я разрешила себе побыть в таком состоянии какое-то время. В конце концов, я же болею? Ну, будем считать с натяжкой, что да. У меня травма. Головы. И это меня оправдывает.

Телефон пиликнул входящим сообщением.

«Ты в курсе, что меня к тебе не пускают?»

Номер мужа я узнаю всегда, даже если его нет в моих контактах. У него была узнаваемая и легко запоминающая комбинация цифр. В новом телефоне его номер почему-то не определился.

Я не стала отвечать. Зачем? И спасибо Льву, что его не пустили.

Но телефон не унимался.

«Если еще раз увижу твои гляделки с этим докторишкой, пожалеешь»

Я прочитала и онемела. Влад никогда раньше не опускался до угроз. Он вообще всегда был для меня олицетворением Настоящего мужчины. Именно вот такого волшебника, который приходил и решал вообще все проблемы. Раньше им был папа, потом – он, Влад. Поэтому мне всегда было спокойно за его спиной. Так спокойно, что я полностью доверилась и расслабилась.

Но ведь именно так и должно быть в отношениях? Ощущение сильного плеча, рядом с которым вспоминаешь о своей слабости. С присущим мне самокопанием я стала думать, в какой момент все сломалось? Когда мы стали жить так, что нам встало пусто вместе? Вроде вместе, но по отдельности. Когда мы перестали смотреть друг другу в глаза? Восхищаться друг другом?

Ведь отношения – это еще и про то, что с человеком комфортно даже молчать без оглядки на «а что у тебя с лицом?» и «почему ты сегодня такая». Особенно хотелось тишины после того, как наговоришься с клиентами, когда хочется просто прийти домой, уткнуться в то душевное тепло, в котором не нужно носить масок с искусственными улыбками, показывая, что все хорошо. Даже если фигово.

Наше одиночество вдвоем началось с того момента, когда у Влада пошли дела в гору, а у меня появилась своя клиентская база. Он все чаще оставался где-то с друзьями. Или может и не с друзьями вовсе? Я старалась сеансами с клиентами заполнить весь день, чтобы прийти домой только спать. И, наверное, то, что случилось – это неизбежность. Хорошо, что мы не успели родить ребенка. Наверное, на какое-то время мы бы ребенком заполнили бы возникшую пустоту, но потом пропасть между нами стала бы еще больше.

Мысли текли вяло. Нужно было что-то решать с жильем и вещами, но думать про это не хотелось.

– Даша, спишь? – услышала я тихий шепот Веры.

– Нет, – повернулась я к ней лицом. – Просто размышляю.

– Опять о своем муженьке? – скривила губы Вера. – Слушай, ну плюнь ты на него. Около тебя вон какой мужик нарисовался, а ты страдаешь по такому дерьму как твой муж.

– Я не то, чтобы страдаю… – задумчиво протянула я. – Просто в силу привычки и профессии анализирую, а что сделала не так и когда именно это «не так» наступило.

– А почему ты на себя одеяло тянешь? Ведь всем известно, что ответственны за все в паре оба партнера. Так что пусть он думает, где накосячил, – фыркнула Вера.

– Мне сложно о нем не думать, он мне пишет и даже угрожает, – я отвела глаза, почему-то мне было стыдно говорить об этом.

– Что-о-о? – Вера даже подскочила от возмущения. – Покажи.

И она требовательно протянула ко мне руку.