Измена. Вернуть любовь

Глава 18

Месяц спустя

Я устало откинулась на спинку стула. Сессия была непростой и морально высасывающей. Посмотрела на букет пепельных роз, которые всегда любила и которые каждый день присылал с доставкой Влад.

В каждом букете находилась записочка, написанная его почерком. Всегда несколько слов – «самой невероятной», «очень нежной», «думаю о тебе», «люблю тебя», «Барс соскучился и хочет тебя видеть». Но именно такими записочками он напоминал то время, когда мы друг другу каждый день подбрасывали такие послания. Опускаешь руку в карман, а там – клочок бумаги с чем-то очень приятным и очень личным. Или роешься в сумке в поисках помады, а в кармашке вот такой сюрприз в виде послания «наденешь сегодня для меня чулки?».

Я закрыла глаза, мысленно окинула события прошедшего месяца.

В первые дни, когда Влад присылал мне эти напоминания о наших совместных днях, наполненных счастьем и любовью, я злилась.

Помню, вот так же, как и сейчас, отходила от консультации, когда принесли букет с записочкой «я все время думаю о тебе». Это был уже третий букет от него. Я разозлилась и позвонила ему. А он на вызов ответил сразу же, как будто только его и ждал.

– Прекрати! – крикнула в трубку. – Перестань это делать!

– Что делать, Дашуль? – не понял или сделал вид, что не понял, Влад.

– Давить на меня психологически этими своими записочками и букетами. Не делай вид, что не понимаешь, – отрезала я.

– Даш. Не проси меня перестать дарить тебе цветы. Я хочу хотя бы так показать тебе, как мне тебя не хватает, как мне жаль, что я все испортил, и что я прошу у тебя прощения. А записки… Помнишь, как мы другу другу их все время подбрасывали?

– Не только помню, Влад. Я их все сохранила, – сухо ответила я.

– А я – твои, – отозвался он.

– Вот уже не ожидала, Ростовцев, что ты такой сентиментальный, – усмехнулась я.

– Воронина, ты еще многое про меня не знаешь, – назвал он меня моей девичьей фамилией, напоминая самой фразой о том времени, когда мы еще только начинали встречаться.

Я закрыла глаза, держа трубку у уха. Говорить не хотелось. Было по-прежнему горько и больно.

– Даш, – Влад тоже помолчал. – Я скучаю по тебе. Мне тебя очень не хватает.

Я ничего не ответила ему тогда. Мы еще помолчали какое-то время, а потом я отключилась. А букеты он продолжил присылать. Вместе с посланиями.

Злость прошла. И наступила другая стадия – опустошение. Когда я это осознала, то практически бегом отправилась к своему супервизору. Я понимала, что если застряну на этой стадии, то депрессия неизбежна. К своему блокнотику я еще завела и дневник. И теперь каждый вечер писала все, что испытываю и чувствую по отношению к себе, к нему и к любовнице. Влад сказал, что он больше с ней не встречался и даже уволил ее. Я ему поверила.

Через неделю после возвращения из больницы я подала на развод. Помню, мне было так страшно, что руки вспотели и тряслись мелкой дрожью. Никогда не любила разные инстанции, они наводили на меня священный ужас, начиная от налоговой, заканчивая полицией. А тут – мировой судья. Им оказалась уставшая от жизни женщина с темными кругами под глазами и воспаленными глазами. Такое ощущение, что она была или заплаканная, или у нее начинался вирус. А когда я протянула ей заполненный иск, она подняла на меня замученный взгляд.

– Причина? – сухо спросила она. – Возможность перемирия рассматриваете?

– Нет. Причина – измена мужа, – так же сухо ответила я ей.

– Ах, вот оно что, – скривилась она, дернув уголком губ. И с такой ненавистью поставила свою резолюцию, что я поняла – тут что-то личное. Выйдя из суда, я тут же пошла на почту и отправила заказным письмом исковое заявление Владу.

Сессия, которую я проводила сегодня, была тоже про развод. Пара проходила совместную терапию, я видела, что им непросто, но у обоих было огромное желание разобраться в проблемах и идти навстречу друг другу. Может, и нам с Владом попробовать то же самое? Я знаю, что он ходит к психологу. Я же по долгу профессии обязана проходить личную терапию. Иначе бы я не смогла работать.

Резкая трель звонка вывела меня из задумчивости.

– Ты действительно этого хочешь, Даша? – отрешенно и глухим голосом спросил он.

Значит, он получил документы.

– Да. И я это уже сделала, как видишь.

– До тех пор, пока нет моей подписи, еще ничего не завершено, – так же глухо отозвался он.

Я молчала. Смысл ему что-то отвечать, если уже все сказано?

– Хорошо, Даша, я подпишу, – уронил он в трубку и отключился.

А я еще долго сидела с телефоном в руке, не понимая, что испытываю. Ни радости, ни злости, – не было ничего. Горечь и пустота. Интересно, смогу ли я чем-то или кем-то когда-нибудь ее заполнить?

От размышлений меня отвлек звук входящего сообщения.

Лев:

«Жестокая, не отвергай меня сегодня:) Поужинаем вместе?»

Надо сказать, что Лев тоже эти дни меня прессовал. Если Влад не давал мне покоя букетами и посланиями, то Лев планомерно закидывал сообщениями. Мы переписывались, узнавая друг друга, и он каждый раз звал меня на свидание. А я каждый раз отказывалась. Сегодня же, после звонка от Влада, я поняла, что нужно начинать новую жизнь. И почему бы ее не начать со свидания с человеком, который мне начал нравится?

В конце концов, я теперь свободная женщина и имею моральное право встречаться, с кем хочу. Пока не передумала, я быстро взяла телефон и отстучала ответ:

«Согласна поужинать. Во сколько, где?»

Ответ пришел не сразу, спустя минуть тридцать, наверное.

Лев:

«Даша, я не мог поверить своим глазам. Ходил по отделению, показывал медсестрам и просил, чтобы они прочитали то, что ты написала. Думал, что-то не так понял:)»

Я:

«Ха-ха-ха, очень смешно. А я думала, ты там в обморок от радости свалился и тебя откачивают искусственным дыханием рот в нос (зловредный смайлик)»