Измена. Вне игры

Глава 1. Егор

Просыпаюсь за минуту до будильника.

Это привычка, въевшаяся в кожу сильнее, чем запах пота и хлорки после тренировки. Тело само знает, когда пора вставать, даже если голова ещё хочет спать. Но сегодня не хочется вставать совсем.

Рядом спит Марина.

Поворачиваю голову на подушке и просто смотрю. Волосы разметались по подушке блестящими прядями, одна упала на лицо и чуть подрагивает от дыхания. Ресницы длинные-длинные, пушистые, как у куклы, которую она когда-то показывала в детстве — говорила, такая же была в пять лет. Губы приоткрыты, мягкие, припухшие со сна. Марина поджала колени к груди, свернулась калачиком, уткнулась носом в край одеяла — так всегда спит, когда тепло и спокойно.

Красивая.

До мурашек красивая.

Протягиваю руку и осторожно, кончиками пальцев, убираю прядь с лица. Волосы шелковистые, тёплые. Марина во сне чуть хмурится, потом расслабляется и тихо вздыхает. Такой звук — будто котёнок мурлычет.

Улыбаюсь сам себе.

Вспоминаю, как мы познакомились два года назад. Марина стояла на остановке, промокшая под дождём, с огромным планшетом наперевес, и пыталась поймать такси. Я как раз проезжал мимо после тренировки. Тормознул, предложил подвезти. Марина посмотрела с подозрением — высоченный, мокрый, в спортивном костюме, — но села. Всю дорогу рассказывала про какой-то свой проект по дизайну, глаза горели, руки жестикулировали, и я понял, что пропал.

Тогда я слушал. Действительно слушал. Каждое слово.

Сейчас, глядя на спящую девушку, чувствую, как внутри разливается тепло. Моя. Самая лучшая. Которая ждёт, понимает, всегда рядом.

Хочется прижаться к Марине, зарыться лицом в волосы, обнять и не отпускать. Хочется забыть про всё на свете и просто лежать вот так, слушая дыхание.

Но в голову уже лезут другие мысли.

Тренировка. Контрольная, перед выездом. Палыч сказал, будет ад. Надо проверить коньки — вчера показалось, что лезвие справа чуть гуляет. Димка, Малыш, после вчерашнего прихрамывал, надо будет приглядеть за пацаном, чтобы не сорвал спину. Андрей просил помочь с приёмом — у Ветра что-то не клеится в новой связке.

Вздыхаю.

Осторожно, стараясь не скрипнуть кроватью, выбираюсь из-под одеяла. Марина во сне тянется рукой туда, где только что лежал, находит пустоту и недовольно морщит нос. Замираю на секунду — сейчас проснётся? Нет, переворачивается на спину, подкладывает ладонь под щёку и затихает.

Выдыхаю.

На кухне холодно, ступням зябко на плитке. Натягиваю спортивные штаны, ставлю кофе. Пока варится, смотрю в окно — там серое утро, фонари ещё горят, редкие машины проезжают. В голове прокручиваю схемы, которые Палыч вчера скинул в чат.

Кофе проглатываю быстро, обжигаюсь, но не чувствую. Мысли уже там, на базе.

Собираюсь у двери, когда вспоминаю про Марину. Возвращаюсь на кухню, беру стикер, пишу: «Ушёл. Тренировка, потом с ребятами. Люблю». Клею на холодильник, прямо на любимый магнитик с котом.

Уже в прихожей открываю телефон и дублирую сообщением: «Ушёл на тренировку. Целую».

На всякий случай.

База встречает привычным запахом — резина, пот, хлорка, холодный лёд из открытой двери в холл. Вдыхаю полной грудью. Здесь я дома. Здесь всё просто и понятно: шайба, клюшка, ворота, победа. Здесь знаю, что делать и зачем.

В раздевалке шумно. Костя, наш Кот, уже разливается — травит очередную байку про то, как вчера девушка выгнала спать на диван за храп. Малыш сидит белый как мел, трясётся перед контрольными бросками. Батон — Паша, вечный двигатель сплетен — пересказывает новости с форума болельщиков: кто с кем, кто против кого.

— Гром! — Андрей хлопает по плечу, когда прохожу к своему шкафчику. — Готов рвать?

— Всегда готов, — улыбаюсь в ответ.

Андрей — это не просто друг. Это брат. Сколько прошли вместе — от детской спортшколы до основы, от первых поражений до первых побед. Знаю друга как себя. Знаю, что в трудную минуту прикроет, знаю, что на Ветра можно положиться в любой ситуации. Даже дышим на льду в одном ритме.

— Слушай, — Андрей понижает голос, — поможешь сегодня после тренировки с тем приёмом? Что-то не летит.

— Без базара, — киваю. — Отработаем.

Андрей улыбается, и чувствую это тёплое чувство внутри — чувство команды, чувство плеча. С Ветром мы горы свернём.

Тренировка — ад. Палыч сегодня в ударе: гоняет так, что к концу второго периода все языки высунули. Выкладываюсь полностью, каждую смену, каждый рывок. Лёд под ногами скользит, шайба слушается, тело работает как часы — в этом моменте чувствую себя живым по-настоящему.

Когда основная часть заканчивается, команда начинает стягиваться к бортам. Кто-то уже едет к выходу, кто-то пьёт воду, Малыш сидит на скамейке, тяжело дыша. Палыч свистит, отпуская народ.

— Ветер, — окликаю Андрея, который уже направляется к бортику. — Давай, пока лёд не укатали.

Андрей оборачивается, на лице благодарность пополам с усталостью, но глаза горят.

— Точно? Сам как?

— Нормально, — машу рукой. — Пошли, пока ноги помнят.