Измена. Внебрачный сын

7. Ты все это время знал (Полина)

В мамином доме пахло свежесваренным кофе. Пахло ароматной выпечкой. К нашему приезду она испекла румяный хлеб и нарезала его "провинциальными" ломтями.

— Есть домашнее масло и другая молочка, — говорила она, волнуясь при взгляде на Артура. — В холодильнике — цельный творог… Только вы, наверное, такого не едите, господин Сабуров?

Артур засмеялся. Он подошел к моей маме, обнял ее и что-то шепнул на ухо. Затем чмокнул в щеку, словно это его собственная мать. И достал из холодильника миску с сельским творогом.

— Девчонки, — обратился он к Ирэн и Иве, — как вы смотрите на то, чтобы мы все вместе налепили вареников с сыром, а?

— Вареники? — скривила губы младшая. — Ты прикалываешься, дядь Артур?

— Я господин Сабуров, — сделал он каменное лицо. И я тупо заржала, как лошадь. Настолько забавно это выглядело. — Я приказываю тебе, девочка — возьми муку, просей ее через сито. И принеси воды из колодца. Будешь месить тесто.

— Из колодца? — отвисла у Ивы челюсть. — Но у бабушки ведь нет колодца…

— Ну так найди. Обойди соседей и найди колодец. — продолжал Артур командным голосом. И тут уже даже мама начала хрюкать от смеха. — Это ведь деревня. У кого-то да должен еще быть колодец.

Ирэн взяла Иву за капюшон толстовки и потянула на кухню.

— Ладно, сестра, идем просеем муку. Надо, чтобы тесто получилось мягким и тонким. Хорошенько его вымесим. Я тебя научу, как это делается.

— Но зачем мне это надо уметь вообще?

— Выйдешь замуж — узнаешь.

Артур своим присутствием делал тот вечер спокойней. Не таким горьким. Своей красивой улыбкой он подслащивал пилюлю. Не позволяя при этом сбежать от Рамиля. Делал все, чтобы я оставалась на длинном поводке.

Я прекрасно понимала, что он здесь как надзиратель. Страховка на тот случай, если я осмелюсь сделать глупость. Приму решение дать деру. Но мне хотелось думать, что он в первую очередь мой друг. И только после этого — Сабуров.

— Спасибо, что приехал, — призналась я ему потом. Когда девчонки потратили энергию на готовку. Хорошенько наелись. Даже Ива взяла добавки ненавистных вареников. Ведь она сама их лепила под руководством Ирэн. — Без тебя бы я сошла с ума.

Артур заглянул в комнату, где девочки смотрели кино, залипнув в планшет. Выкупаны, в пижамах. Накрылись теплым одеялом и крутят друг дружке волосы. Плетут смешные девчачьи косички, поглядывая на экран.

Я ощущала душевный покой, когда это случалось. Когда они не спорили, не отдалялись друг от друга. Но я заметила, что так получалось только тогда, когда рядом Артур. Уверена, что девочки тоже это чувствовали. На совпадение не похоже. Им было спокойней, когда он рядом. Веселый и внимательный. Дядя Артур.

— Ива умница, — сказал он, насыпая кофе в медную джезву. — Приятно удивила меня сегодня. Столько работы проделала.

— Ты видел ее вареники? — посмеивалась я. — Таких кривых я в своей жизни еще не видала.

— Зато в муке вся была. А значит, — кивнул Артур красноречиво, — девчонка старалась.

— Она всегда смотрела на Ирэн как на образец для подражания.

— Она ведь старшая сестра. Это нормально.

— Я боюсь того момента, когда Ирэн от нас уедет.

— Разве она не здесь будет учиться — не на месте?

— Я… — вздохнув, я села за стол. — Я о том, что Ирэн выйдет замуж.

— К тому времени Ива вырастет. Ирэн всего семнадцать.

— Мне тоже было семнадцать. Когда мне купили свадебное платье. Не тебе ли знать, как это происходит?

Он молча довел кофе до кипения. Не дал шапке убежать. Метко разлил напиток по чашкам. Одну дал мне, вторую — поставил со своей стороны стола. И присел напротив.

— Я прекрасно помню, как это было, Поля. Но больше всего мне запомнились две вещи с того дня, когда ты вышла за Рамиля… Первое, о чем я думал — это то, насколько ты красива в этом белоснежном наряде. Ты мне казалась… — сделал он паузу, сглатывая слюну в горле, — казалась ангелом. Настолько ты была чиста и прекрасна.

Я натирала пальцами чашку. И слышала, как дыхание становится все тяжелее и тяжелее. А пульс — быстрее. Сердце билось неровно. Потому что слова меня ранили. Я не могла на них спокойно реагировать. Хотелось попросить его умолкнуть. И тут же… ждала, что он скажет дальше.

— А вторая вещь? — Я подняла на него глаза. Артур выглядел нечетко. Потому что настроение стало таким меланхоличным. Он говорил. А мне хотелось плакать. — Что было второе?

— Второе, что я думал… Почему он — почему не я?

— Ты ведь знаешь, я не выбирала.

Он молчаливо кивнул. Сделал глоток из чашки. Смотрел на кофе и хмурил густые брови.

— Мне всегда казалось, что ты с ним счастлива.

Я задумалась над его словами.

— Знаешь. Мне тоже так всегда казалось… А еще я думала, что он счастлив со мной. Но выяснилось, что это не так. Причем уже давно.

— Что произошло? Мне нужно знать, почему ты хочешь развестись. Назови причину. Я имею право знать, что происходит между вами.

— Происходит то, что у Рамиля есть внебрачный сын.

Артур с удивлением отодвинул чашку.

— Что, прости?

— Он мне изменил с другой женщиной. Даже не женщиной, — хмыкнула я от иронии. — Он снова нашел себе юную чистую девочку. Переспал с ней. Как минимум раз. Но я уверена, что это было много… Очень много раз. В течение последних пяти лет. Пока он ездил к ней. Навещал своего сына. — Представляла я малыша по имени Эмиль. — Всячески баловал ее. Вознаграждал за то, что она подарила ему наследника… Сильного. Здорового. Красивого, — перечисляла я качества, которые были важны для Рамиля. — Живого… — Артур положил свои ладони на мои. — Все то, что не могла дать ему я.

— Ты не должна себя винить. В этом нет твоей вины. Рамиль поступил, как мерзавец. Этот мальчик ничего не значит.

— Нет, Артур, — подняла я на него глаза, залитые слезами. — Этот мальчик значит все. Для моего мужа — так уж точно… А теперь скажи мне честно. Тебе было известно, что у твоего брата есть другая семья? Ты все это время знал и не говорил мне правды?