Измена Я докажу

Глава 2 Комета

Глава 2 Комета

После работы сразу прикатила домой. Мы загородом живём в доме, за который ещё не всё выплатили, но Виноградов ушлый и находчивый – выплатит. Я тоже деньги особо не транжирю, которые зарабатываю в «Капители», особенно проценты от больших продаж. Коплю. Вдруг бежать придётся и прятаться. Если докажу, что он мне изменяет и унижает мою гордую сущность. Катерина, моя подруга, говорит, что я ненормальная, что можно жить с полуприкрытыми глазами и пользоваться моментом. Она допользовалась уже. Живёт после развода в спальном районе в двушке с видом на чёрте что – то ли стройку, то ли железную дорогу. Ребёнок у её Сани родился в другом месте, пока она занималась в спортклубе, ходила на бальные танцы и ездила отдыхать на мировые курорты. Решила, что рожать она не будет, они якобы приняли чайлд-фри режим, который называют философией. А Саня извинился и развёлся. Передумал человек, поменял жизненные устои. С кем не бывает.

- Тебе какие вещи и во что собрать? В какую сумку? – спрашиваю с участием, стоя возле шкафа.

- Вон, на ковре, я все накидал, сложи, пожалуйста, в новую сумку, знаешь какую. В джинсах поеду и в куртке коричневой. Ботинки сейчас выберу, - он выходит из комнаты.

Но нифига не за ботинками. Он берёт телефон, который вибрировал у него в кармане и громко говорит уже за дверью: «Алло, Игорь! Да, посылай отчёты завтра с утра. Не сегодня, а завтра.»

Я внимательно ловлю каждое слово, потому что это никакой не Игорь, сто пудов.

- Обязательно возьми с собой, - продолжает Виноградов.

Какой же это Игорь? Надо будет поинтересоваться, что это за сотрудник такой, который звонит в нерабочее время. Можно и написать, когда отчёт посылать. «Сегодня или завтра утром?», а не звонить. Виноградов продолжает говорить ему всякую бессмыслицу, ну, просто явную ахинею, потом отдаляется и спускается вниз, где у нас шкаф для обуви. Я неслышно крадусь за ним. ВОТ! ТАК И ЗНАЛА! В конце своих идиотских зашифрованных указаний, совсем уже спустившись, он тихо произносит: «Целую».

Я взлетаю наверх и продолжаю складывать его шмотьё.

- Ещё одну белую положи на всякий, - заходит Виноградов с серьёзным видом. Это он про рубашку.

- Не вопрос, - отвечаю я ему нормальным тоном заботливой жены. А вопрос есть и совсем о другом. Но не сейчас. Сейчас будет только ругань и обвинения меня в помешательстве на его супружеской неверности, мягко выражаясь.

Передо мной встала невыполнимая задача в полный рост – достать телефон этого самого Игоря. Изловчиться, нажать, где надо, и запомнить его последний звонок. А как это сделать, если он носит телефон в кармане? Облить его томатным соком на кухне и попросить снять штаны? Достанет телефон, а потом снимет штаны – только стирки себе прибавлю. Ударить по башке, чтобы отключился на несколько минут? Ну, это только для кино опять. Ночью проснуться и осторожно обойти кровать, включить телефон и сильно постараться. Только один вариант. А если ему ещё позвонят, то все телефоны перепутаются, и я их запомнить не смогу.

Ужинаем, всё путём – шуточки, телек, что-то одновременно почитывает в инете с телефона, потом кладёт его на стол. Я сижу и думаю только об одном – уйди на три минуты куда-нибудь.

- Гусь, забыл!

Я настораживаюсь. Не договорился ли он с этим Игорем встретиться, и не надо ли ему срочно отъехать на часок по очень важному делу?

-Что забыл?

И вдруг, о Боги! Встаёт из-за стола и быстро так выходит из кухни. Телефон не взял! Я, как ошпаренная, тыкаю в экран, набираю пароль, он его, надо же, не сменил, открываю звонки и запоминаю последний номер. Сейчас меня разбуди среди ночи, вспомню этот номер, хоть с конца, в обратном порядке цифры назову, и нажимаю на кнопку сбоку – выключить. Идёт с портфелем.

- Смотри, какую мне тарелку сегодня подарил Пашка, из Аргентины привёз, - радостно открывает портфель и вытаскивает глиняную расписную мазню.

- Прикольная! – а внутри у меня всё клокочет от стресса непойманного бомжа в супермаркете, только что прошедшего мимо охранника, и ничего не зазвенело.

Беру тарелку, и она, сука, выскальзывает у меня из рук и падает на пол. Вдребезги. Плитка ж на полу.

- Б..ть, Галя! – орёт Виноградов, - ну что ты за человек такой!

- Сев, прости! Ну, прости, пожалуйста! Я не знаю, как так получилось, - в глазах, наверное, страх и ужас. Но страх у меня вообще не из-за этой чёртовой тарелки, которую можно только в предбаннике повесить за дверью или в гараже, страх у меня от нервного напряжения, что я чуть не сдохла, пока искала телефон то ли бабы какой, то ли и правда Игоря, но нет! Он же сказал в конце: «Целую!»

- Ладно, хрен с этой глиной, осколки собери! – великодушно успокаивает меня Виноградов. Ему сейчас не до скандалов и обид. Весь в предвкушении поездки.

- Ага, сейчас.

Иду за щёткой. Противно как-то. За себя, что ли. И вот так всегда, стоит мне только добиться малюсенького успеха на пути его разоблачения, как откуда ни возьмись, летит на меня с космической скоростью комета возмездия. Вот кто её регулярно посылает? Замкнутый круг какой-то. Но я так просто не сдамся.