Измена. Я (не) буду твоей

Глава 15.1

Размазываю слезы по щекам. Кажется, водитель не видит. Это хорошо. А если и видит, то делает вид, что все в порядке. Я благодарна ему за это.

Безучастно глядя в окно думаю о матери.

Как она может быть такой? Она только сейчас такой стала, или всегда такой была? Неужели этот мерзкий урод для нее дороже своих детей? Дороже меня, дороже Васи?

Все наше детство главным чувством, главной эмоцией, константой нашей жизни был страх. Мы боялись отчима, и с замиранием сердца ждали, когда он придет и снова начнет орать. Мама тоже делала вид что радуется, когда его нет и нам казалось, что она с нами заодно.

Но как только он появлялся вновь с куцым букетиком гвоздик в руках и вялыми извинениями, она словно бы забывала обо всем. Прощала ему все, что он вытворял до этого. Прощала побои, прощала бесконечные пьянки с приятелями, прощала то что он поднимал руку на Васю и даже иногда на меня.

Тогда я не воспринимала это как предательство, но теперь мне кажется, что она всегда предавала меня, раз от раза только и делала, что предавала.

Подумать только, а я ведь всегда отправляла им деньги, все последние годы, минимум треть от зарплаты отправляла на ее счет. И была абсолютно уверена, что помогаю Васе, что помогаю матери не гробить здоровье на трех работах. Здоровьем, которым, как она всегда говорила, она пожертвовала ради нас . Я думала, что помогаю ей прожить подольше, отдаю долг. Компенсирую жертву.

Какой же дурой я чувствую себя теперь, когда понимаю, что последние месяцы, все деньги наверняка уходили на бухло для этого урода.

я должна была быть умнее. Не надо было верить ей на слово. НУЖНО БЫЛО ПРОВЕРИТЬ, НЕ ВЕРНУЛСЯ ЛИ он.

Ну ладно. Сейчас об этом думать уже поздно. Сейчас надо думать о том, как вытащить Васю из тюрьмы. Он не должен там сидеть. Он не сделал ничего плохого. Да даже если бы и сделал… Ему там не место, он хороший парень. И если матери плевать на него, то мне не плевать. Он, похоже, единственный мой родственник, кому еще есть до меня хоть какое-то дело, а кроме меня ему помочь некому.

— Пойдемте, — говорит водитель, — Евгений Павлович попросил вас привезти сюда. Я взял на себя смелость предупредить его, что вы приедите.

Я вдруг понимаю, что пока я крутила в голове эти мысли, мы уже успели приехать. Выглядываю в окно и вижу здание офисного центра. На парковке возле здания целый автопарк безумно дорогих машин. Тут явно работают совсем не простые люди.

Водитель открывает мне дверь и я выхожу из машины.

— Спасибо, — говорю я, смущенная таким обращением. Я совсем не привыкла, что мне открывают двери. Но не могу сказать, что мне это неприятно.

Водитель проводит меня внутрь здания. Минуя два поста охраны и мы поднимаемся на лифте на тридцатый этаж. Лифт едет так быстро, что закладывает уши, мы преодолеваем расстояние с первого этажа по тридцатый за считанные секунды.

Только оказавшись перед дверью Жениного кабинета, я вдруг понимаю, что совсем не знаю, что сказать ему. Дыхание вдруг перехватывает и я нервно сглатываю, предвкушая эту встречу.

Да чего я волнуюсь? Ведь мы же виделись только вчера, а сегодня переписывались…

Чувствую себя девчонкой, которая волнуется перед свиданием. Но ведь это никакое не свидание. Я уже сказала ему, что мы можем дружить и не более того, верно ведь? И даже несмотря на это, он сказал что поможет… Но почему же у меня так колотится сердце?

Водитель открывает мне тяжелую темную дверь и я вхожу в кабинет.

— Евгений Павлович сейчас будет, подождите его здесь пожалуйста, — говорит водитель и оставляет меня в кабинете одну. Я хочу окликнуть его, сказать, чтобы он подождал, но дверь уже закрывается, и я остаюсь в кабинете одна.

Я оглядываюсь по сторонам, два удобных кресла, стоят перед массивным дубовым письменным столом. Все здесь выглядит добротно, надежно и дорого, именно так, как и должен выглядеть кабинет Евгения, судя по тому, как я успела узнать его за то недолгое время, что мы знакомы.

Рассматриваю высокие шкафы сверху донизу забитые книгами с кожаными корешками. Провожу по корешкам рукой. Названий на них нет, только на некоторых цифры, обозначающие номер тома.

— Это моя коллекция английской литературы, — слышу вдруг я голос Жени.

Я оглядываюсь и встречаюсь с ним глазами. Он слегка улыбается и едва заметно щурится, глядя на меня.

— Я рад тебя видеть, — говорит он, и подходит ближе.

Волнение внутри меня нарастает против моей воли, я чувствую, что начинаю дышать тем глубже, чем ближе он подходит. Он поправляет часы на запястье и я ловлю себя на том, что любуюсь его сильными руками. Ловлю себя на том, что мне хочется, чтобы он подошел еще ближе, так близко, как только можно... Но он не подходит и только смотрит мне в глаза, явно ожидая, чтобы я сделала первый шаг.

Мне кажется, что он видит меня насквозь, и от его взгляда я невольно начинаю краснеть, чувствуя, как кровь приливает к лицу.

— Твое предложение все еще в силе? — наконец, нарушаю я тишину, и мгновение, которое длилось, кажется, целую вечность, тайное мгновение в котором была спрятана мысль, осознать которую я не рзрешала даже себе самой, растворяется в моем голосе.