Измена. Я (не) вернусь, дракон

14. Решение принято

– А почему дядя Джеф не пришёл на чай? - расстроенно спросила Милинда.

– Он не любит печенье и к тому же наверняка устал с дороги, - терпеливо ответила девочке Агата. - Фиона, а ты чего сидишь, как не живая?

– Мама живая, живая! - тут же запрыгнула ко мне на колени Милли и крепко обняла за шею.

– Тише, егоза, у меня чай горячий, - ласково обняла я её в ответ и отодвинулась от стола. - Всё в порядке, - ответила я уже старушке и попыталась улыбнулся, но выходило не весело.

– Шла бы ты отдохнула, а то на тебе лица нет, - с нажимом в голосе сказала мне хозяйка дома. - О дочери не беспокойся, Милли мне здесь поможет, пока тебя нет, мы с ней весело проведем время, правда, малышка?

– Да-да-да, - весело захлопала в ладоши моя дочурка, видимо уже попавшая под мудрое обаяние этой старой женщины.

– Мне не очень удобно вас обременять заботой о Милинде, - извиняющимся тоном проговорила я, на что получила всепрощающий взмах руки и бесконечно добрую улыбку.

– Ну какое "обременять"? Я в этой глуши людей вижу раз в год по обещанию, а тут такая славная девочка, - Агата ласково пригладила кудри малышки. - Иди, мне в радость, а тебе силы нужно сохранять, даже не спорь.

Спорить мне и не хотелось, не смотря на то, что время только приближалось к полудню, я чувствовала себя полностью измотанной. Имбирное печенье аппетитно щекотало своим ароматом нос, но при попадании на язык вызывало дикую тошноту. В прошлую беременность у меня такого не было, может из-за того, что теперь я жду сына.

Я встала и, благодарно кивнув старушке, пошла в сторону нашей временной спальни. "Нужно срочно брать себя в руки, становиться сильной, у меня дочь и под сердцем сын, я не могу быть нюней", - убеждала я сама себя, выходя из кухни и пересекая холл, за которым начинался небольшой коридор со спальнями.

Но одно дело думать, и совсем другое делать. Открывая дверь в четвертую комнату, я уже не могла сдерживать слёз и, упав ничком на кровать, зарыдала, уткнувшись лицом в подушку.

Ещё три дня назад я и подумать не могла, что со мной такое может случиться. У меня был дом, муж, дочь и отличная новость о сыне, с которой я на крыльях счастья мчалась к Райдосу. Что у меня есть сейчас?

Почему-то вспомнилась Берта, моя давняя знакомая, которая на последней нашей встрече с пеной у рта доказывала мне, что интрижки на стороне ничего не значат, главное лад внутри семьи, нельзя думать только о своих чувствах и эмоциях, нужно себя перебарывать, улыбаться и заставлять жить дальше.

Эта пылкая речь женщины с тремя детьми погодками, тогда меня позабавила, ведь не смотря на слова, которые она произносила, в глазах её было выражение смертельной тоски и обречённости. Я тогда попыталась с ней поспорить, чтобы доказать, что она тоже достойна счастья, но быстро поняла, что мои слова не пробиваются через толстую стену её мнимой защиты.

Своими словами она не убеждала нас, сидящих вокруг неё за столом на очередном воскресном чаепитии. Она убеждала сама себя в правильности своего выбора. Но такой выбор, как у неё меня не устраивал. Я не хотела делить своего мужа с другой женщиной. От одной мысли, что у Райдоса может быть кто-то на стороне, меня воротило. А потом я увидела это собственными глазами. До сих пор при воспоминании об этом моменте меня бьёт дрожь и силы покидают тело. Я была не готова к этому предательству, совсем не готова.

Наверное мне было бы проще это принять, если бы были какие-то подозрения, может странные находки, хотя бы женский волос на комзоле мужа, после его возвращения со службы. Но ничего такого не было. Райдос любил меня, баловал, проводил в семье много времени, когда он успел найти мне замену? Почему я этого не почувствовала?

Да, у нас были сложности с зачатием, после Милинды у меня никак не получалось забеременеть, но лекарь подтвердил, что я здорова, он сказал мужу в глаза, что ребенок будет, нужно просто подождать. Но видимо Райдосу было проще другое. Предатель!

Выплакав немало слёз в подушку, я перевернулась на спину и тупо уставилась в потолок. Нет, я не буду поступать как Берта, я не буду искать причины и оправдания мужской похоти, я буду строить свою жизнь вдали от этого дракона.

Пусть мне будет сложно, пусть многому придется учиться впервые, но возвращаться в замок Райдоса я не хочу, точка. Мы с Милли вернёмся в дом на развилке, ведь там же не случилось ровным счётом ничего страшного. Я привыкну к чудесам этого дома, возможно у меня получится даже его переделать под себя, а не под свои воспоминания о прошлой жизни. Бабушка вряд ли дала бы мне ключ, от ловушки. Я помню её слова, о том, что жизнь с драконом не сахар. Она будто предупреждала меня о возможном исходе, но тогда я была счастливой, влюбленной и беззаботной. Сейчас я другая, и мне очень нужен этот дом.

В комнату тихо приоткрылась дверь, и Агата, извиняющимся тоном спросила:

– Фиона, твоя малышка по тебе очень соскучилась, надеюсь ты успела отдохнуть?

– Да, конечно, спасибо вам большое, - проговорила я и села на кровати, раскрыв объятия для дочери.

Как хорошо, что они пришли сейчас, а не десятью минутами ранее. О моих слезах говорила лишь небольшая припухлость век, которую можно было списать на сон. Милли обняла меня и затараторила, пересказывая всё чем они с бабушкой Агатой успели позаниматься в моё отсутствие. Старушка прикрыла дверь с той стороны, и я расслабилась, не нужно ничего объяснять, но тут же получила удар в виде вопроса от дочери:

– Мамочка, а когда уже за нами приедет папа?

Я знала, что это произойдет, я даже пыталась заранее приготовить подходящий ответ на этот вопрос, что-то в стиле "наш папа теперь будет жить не с нами" или "случилась беда, и мы больше не можем жить с папой". Но вместо чего-то похожего на эти фразы, из моего рта самопроизвольно вырвалось:

– Скоро, дочка, нужно немножко подождать, и он обязательно приедет.

– Хорошо, мамочка, - такой ответ Милли полностью устроил и не вызвал массу дополнительных вопросов, хотя я теперь чувствовала себя настоящей обманщицей.