Измена. Я тебя любила

Глава 10

- Я готова работать по утрам.

Наш фитнес-директор, мужчина строгий и непростой, оторвался от компьютера и посмотрел поверх узкой оправы очков.

- Присядь Кать. Как раз хотел попросить девочек с ресепшена отправить, как придёшь ко мне. Какой у тебя срок?

- А это имеет значение? Я прекрасно себя чувствую.

- Где справка, которую я просил?

А вот кто бы знал, где эта справка. Может, у ДПСников осталась? Я не помнила, а теперь ещё и у Назара не спросить.

- Я принесу... Завтра. – вспомнила, что сегодня на скрининг, заодно зайду к участковой, возьму другую.

- Ты уже больше двух недель приносишь «завтра». Мне «несчастные случаи на производстве» не нужны. И вот ещё что... – он снял очки, постучал дужкой о руку и положил на стол, - Персонал шепчется. Ты стала слегка неуравновешенная. Вчера замучила ни в чём не повинных тётенек. Шла б ты уже в декрет.

- Но мне рано, Станислав Владимирович!

- Нина тоже так говорила. Из меня твой Назар Яминович душу вытрясет, если что случится. Я с ним ссориться не хочу. Дядька он состоятельный, друзья у него влиятельные. Закроет наш клуб, как два пальца об асфальт.

Я стояла и ловила ртом воздух. По языку разливался неприятный горький вкус.

- Это он попросил Вас..? Назар звонил?

- Нет, ну что ты... Я просто забочусь о тебе, ну и, конечно, о клубе. У меня тут целый коллектив. И рисковать им из-за одного человека не буду. Прости. Ты отличный работник, но скажем так...

Он вздохнул, надел обратно очки и обезоруживающе улыбнувшись, уставился на меня из-за стёкол.

- Катюш, ну не молодая ты уже, чтобы прыгать при второй беременности как козлик. Тридцать пять для женщины... Должна понимать. Подумай о себе, подумай о будущем ребёнке. В конце концов, о сыне и муже. Особенно о последнем. Он не переживёт, если с тобой что случится.

Его слова нарезАли меня мелкими кусочками и размазывали, как нож — масло по хлебу. Закружилась голова и я, побледнев, осела на стул. Станислав Владимирович изменился в лице, вскочил, с шумом выдрал стакан из стаканодержателя кулера и налив воды, подал мне.

- Вот видишь! А если тебе на тренировке станет плохо? А на дороге? Сидела бы уже дома, вязала, вышивала. Ну не знаю. Что там ещё делают женщины в период беременности? Приданное малышу готовила.

- Вы издеваетесь? Какое приданное? Сейчас всё в магазинах покупают! Можно даже не выходя из дома!

- Тебе виднее. А не выходя из дома – это прямо в точку. Так что подписывай-ка ты заявление на декретный отпуск. – он поковырялся в компьютере и отправил на печать стандартную форму.

- Не буду ничего я подписывать!

- Можешь подать на меня в суд. - усмехнулся Сатнислав Владимирович, - но я всё же советую тебе крепко подумать. Не уйдёшь, назначу тебе три тренировки в неделю, имею право.

Матеря его в душе, выскочила из кабинета, случайно, ну просто не рассчитав, хлопнула дверью. Вот совсем не хотела.

Пронеслась за ключами на ресепшен, но девочки сказали, что меня уже заменили и на сегодня свободна.

- Не поняла... – растерянно пролепетала, - у меня сегодня четыре тренировки.

- Распоряжение сама знаешь кого. Прости, нам очень жаль.

Из глаз брызнули слёзы. Воевать с фитнес-директором - дело обременительное. Особенно с нашим. Женскую часть коллектива он всегда недолюбливал, спорила с ним только я. Но из-за мужа и его спонсорских денег, Станислав Владимирович смотрел на это сквозь пальцы. Однако способов сделать мою жизнь невыносимой у него море и теперь он явно ими будет пользоваться. Три тренировки в неделю – это считай и нет зарплаты, а деньги мне сейчас будут очень нужны.

Ну ничего, устроюсь в другой клуб. Меня постоянно пытаются переманить конкуренты.

- Что у тебя всё-таки случилось? - Михаил, прищурившись, стоял в дверях мужской раздевалки. – Кто бы что ни говорил, но почему-то в гормоны я не верю.

- Жениться б тебе Миш!

- А я не против! Выходи за меня!

- Не боишься, что соглашусь?

- Кать, я ничего уже в этой жизни не боюсь. – он посерьёзнел, - Только мы же знаем, что ты умрёшь без своего «Нази». А он за тебя убьёт!

Да что они все! Я начала грызть ноготь, чтобы сдержать вновь подступившие слёзы. Но одна всё равно проскользнула и скатилась.

Михаил подошёл и вдруг, прихватив подбородок, бережно вытер мокрую дорожку на щеке тыльной стороной пальца. Это было лишнее. Совсем. Он будто надавил острой иглой на переполненный до отказа водой воздушный шар и тот взорвался.

Меня накрыла безобразная истерика. Как оказалась прижатой к мастер-тренеру, не заметила. Опомнилась только когда поняла, что от слёз уже икаю, размазывая их и сопли по тёплой коже мужского плеча.

Из двери показалось лицо Станислава Владимимровича.

- Собственно это и имел в виду. – сказал назидательно и убрался обратно в кабинет.

- Пойдём, - вздохнул Михаил, - провожу тебя до машины. Всё равно мои тренировки уже закончились. Только куртку захвачу.

Он лихо снял борцовку через голову и с осторожностью вытер ею моё лицо. В нос ударил аромат его парфюма смешанный с крепким запахом мужского тела после тренировки. Это было настолько будоражуще и интимно, что я замерла, впервые по-настоящему внимательно его рассматривая. За последние десять лет ко мне ТАК никто не прикасался кроме мужа.

На работу в этот фитнес-центр я устроилась сразу после Z19. В то время никого, кроме своего Нази в упор не видела, и нахрапистые ухаживания молодого амбициозного тренера меня откровенно раздражали. Со временем я к нему привыкла, но всё равно старалась обходить стороной, а при стычках максимально отталкивать. По предыдущему месту работы знала, подобные ему накачанные красавчики считают себя обалдеть какими неотразимыми. Баб клеят пачками из спортивного интереса.

Собственно Михаил был таким же. Активно поигрывая мускулами, строил глазки дамам на личных тренировках. Периодически уходил из зала с новой пассией, чтобы на следующий день завлекать следующую. Возраст практически не имел значения, лишь бы была спортивная и легко велась на его тело и смазливую внешность. Сейчас, рассматривая его, вдруг поняла, что не помню когда, но это прекратилось.