Измена. Я верну тебя, детка

Глава 5

Выхожу из ванной, вытираюсь белым мягким полотенцем. Расчесываю светло-русые мокрые волосы. Мой телефон, лежащий на журнальном столике, начинает вибрировать. Я беру в руки сотовый. С неизвестного номера, где на аватарке красуется полуголая грудь, мне прилетело сообщение.

«Я сплю с твоим мужем. Он любит меня. Ты мешаешь нашему счастью. Посмотри на себя в зеркало. Ты же серая мышь. Ты не достойна такого красивого мужчины. Где твоя гордость, тряпка? Свали уже!»

У меня все внутренности горят в огне. Обессиленно опускаюсь на диван. Я не знаю, что делать. Я в растерянности. У меня такое ощущение, что мой дом, моя крепость, в которой я жила, только что обрушилась на мою голову, и я сижу среди руин.

Судорожно сглатываю. Пересылаю это сообщение мужу и добавляю свое.

«Передай своей любовнице, чтобы она мне не писала!»

Меня трясет от злости.

«Кать, я занят! У меня совещание. Я не знаю, чей это номер. Пробью, кто это пишет, и башку им оторву».

Вместо того чтобы лечь отдохнуть, я собираю два чемодана. В один складываю вещи для Вики, в другой закидываю вещи для себя. Выбираю то, что понадобится на первое время. Мне хочется, чтобы к нашему отъезду все было готово. Отправляю сообщение подруге, сообщаю ей, что готова переехать к ней. Карина присылает мне в ответ сообщение, что завтра у нее выходной, и она приедет за мной на машине с каким-то своим знакомым парнем.

Через час возвращается свекровь с орущей Викой. Я забираю дочку, меняю ей подгузник, а потом прикладываю к груди малышку. Прижимаюсь губами к маленькому лобику.

Моя кнопочка. Мне страшно сбегать из дома. Я не представляю, как буду жить у Карины. Утешаю себя тем, что в любой момент, смогу купить билет на автобус и уехать к маме. Мама же как-то одна меня и брата вырастила. Да, было тяжело. Да, жили очень бедно. Но справились же.

Слышу, как свекровь гремит кастрюлями на кухне. Ее телефон начинает громко звонить.

- Привет, Люба, - говорит свекровь. – Нет, не отвлекаешь, моя хорошая. У сына я в гостях. Ох, Люба, это какой-то ужас. Дома у них все в пыли, в холодильнике маленькая кастрюлька с супом. И больше ничего! Вот досталась мне сноха. Сыночек мой голодает. Хочу пирожков ему сейчас с картошечкой сделать, как он в детстве любил. Да. И не говори. Девки сейчас пошли ленивые. Сидит весь день дома с ребенком, и поесть мужику не может приготовить. Я Сереже сколько раз говорила, чтоб он не женился рано. Не послушал мать. Вот твоя Олесенька. Не девочка, а золото. Улыбчивая, веселая, хозяйственная. Нам бы такую сноху. А наша… Тьфу! Вечно всем недовольна. Мой сынок ее обеспечивает всем, работает с утра до ночи, а эта стоит из себя обиженную. Сейчас им пирожков напеку, полы помою, вещи поглажу, а потом домой поеду. Да. Буду теперь каждый день приезжать, помогать по хозяйству. Угу. Как же я сыночку-то откажу.

Мне неприятно. Зачем Ирина Сергеевна все это говорит постороннему человеку? До рождения Вики я каждый день дома полы мыла, и успевала и пироги печь, и компоты варить. Подрастет моя девочка, я снова буду баловать мужа вкусностями. Хотя о чем это я? Пусть ему теперь любовница готовит. Я тут больше жить не собираюсь!

Вика засыпает, отпускает мою грудь, во сне причмокивает. Забавная она. Осторожно перекладываю малышку в кроватку. Хочется выпить чашечку горячего чая. Почему-то после каждого кормления возникает такое дикое желание выпить чай. Иду на кухню. Ирина Сергеевна смеряет меня недовольным взглядом.

- Так. Живо. Пока Вика спит. Бери картошку. Начинай чистить. Сейчас пирожки сделаем. Ты мужика одним супом кормишь? Ему мясо надо! Завтра утром заеду на рынок, куплю мясо, привезу, приготовлю вам котлеты. Моришь голодом моего сына!

- Он в ресторанах каждый день ужинает, - отвечаю я.

- Это неудивительно, дома-то жрать нечего, - фыркает она.

- Я поэтому и не готовлю ничего на ужин, так как знаю, что он дома опять не будет есть. А мне и супа достаточно.

- Супа ей достаточно, - фыркает свекровь. – У тебя поэтому и ребенок орет целыми днями. Молоко не сытное. Она не наедается.

- Вика хорошо прибавляет в весе. Педиатр сказала нам, что не надо докармливать смесью, - отвечаю я.

Свекровь ставит передо мной картошку и смотрит так, что понимаю, лучше подчиниться, иначе скандала не избежать. А я устала. Не хочу еще и с ней выяснять отношения.

Молча избавляю картофель от кожуры, думаю о сообщении, которое получила. Оно не дает мне покоя. В сердце будто заноза свербит. Стараюсь ни о чем не думать. Потому что если начинаю думать, слезы собираются в глазах. А мне нельзя нервничать, я не хочу, чтобы у меня молоко пропало.

Заливаю картофель водой, ставлю кастрюлю на плиту. Вика просыпается, опять орёт. Я иду к дочке. Меняю ей подгузник, подмываю малышку в ванной, потом переодеваю её в чистые вещи. Вика лежит на пеленальном столике, сосет свой кулак и икает. Подхватываю малышку на руки, прижимаю к себе.

В суете и хлопотах проходит день. Ирина Сергеевна напекла пирожков. Не дождавшись сына с работы, она уезжает домой на такси. Живет она в получасе езды от нас. Я звоню Сергею, но он не берет трубку. Часы, висящие на стене в гостиной, показывают уже одиннадцать вечера, а его все нет. Я переживаю. Вдруг, что-то случилось? Набираю снова и снова. Но в ответ лишь гудки.

- Ало, - раздается бархатный мягкий женский голос, а я вздрагиваю.

Отодвигаю телефон от уха, смотрю на экран с надеждой, что номером ошиблась. Но, к сожалению, номер правильный.

- Сережа сейчас занят, - говорит незнакомка.

- Бля… Мариш! Какого черта? Ты зачем мой телефон взяла? – слышу на заднем фоне голос мужа.

- Просто она тебе названивала и названивала… - оправдывается девушка, а я задыхаюсь.

Слышу возню.

- Да, Кать, - рычит в трубку муж. – Что-то случилось?

Я судорожно сглатываю колючий ком. Не могу сделать полноценный вдох.

- Ты на часы смотрел? Ты когда домой приедешь? – спрашиваю я, мой голос предательски дрожит.