Измена: Жена олигарха

Глава 18

Тишина после его ухода была оглушительной. Его слова — «коршун», «пировать», «ускорю процесс» — висели в воздухе, ядовитые и тяжелые. Я стояла посреди комнаты, чувствуя, как почва уходит из-под ног окончательно. Он не просто отверг мои обвинения. Он перевернул все с ног на голову, выставив меня монстром, жаждущим его смерти.

И самое ужасное, что часть меня... понимала его. В его извращенной логике был смысл. Я действительно вела себя как хищник. Я копалась в его тайнах, я устраивала сцены, я грозила уничтожить его. Как он мог мне доверять? Как он мог не усомниться во всем, включая отцовство?

Это осознание было горьким, как полынь. Я почти готова была сдаться. Опустить руки. Признать, что мы оба были чудовищами, и на этом поставить точку.

И тут на моем «чистом» телефоне, лежавшем на столе, тихо загорелся экран. Одно единственное сообщение от «К.».

Сердце екнуло. Марина. Та самая, чье имя было теперь синонимом хаоса в моей жизни. Я почти боялась открывать сообщение. Что еще она могла найти? Что еще могло обрушить мой и так пошатнувшийся мир?

Все же взяла телефон и открыла сообщение.

«Вскрыла почту уволенной стервы. Интересненько. Она была не его любовницей. Вернее, не только. Она была подставой.»

Я замерла, вчитываясь в строки. Мозг отказывался воспринимать.

«Кто-то очень умный и очень богатый нанял ее еще в универе. Задача — втереться к нему в доверие. Стать идеальной сотрудницей. А потом — идеальной любовницей. И сливать инфу о его делах. Особенно о «Призраке».»

По телу пробежали мурашки. Что? Но... зачем? Кому?

«Ее уволили не потому что ты там нашла ее контракт. Ее убрали по наводке того же, кто ее и нанял. Видимо, выполнила свою работу или, наоборот, стала рисковать. Так или иначе, ее слили.»

Сообщение прервалось, потом пришло последнее, самое страшное.

«Анна, похоже, вы оба с мужем пешки в чужой игре. Кто-то очень хочет развалить его империю и стравливает вас, чтобы вы сделали всю грязную работу за него. Присмотрись к его окружению. Кто останется в выигрыше, когда он падет?»

Телефон выскользнул у меня из пальцев и упал на ковер с глухим стуком. Я не стала его поднимать. Стояла, ощущая, как мир не просто рушится, а перестраивается в какую-то новую, абсолютно немыслимую конфигурацию.

Алиса... была шпионкой? Наемной актрисой? И ее увольнение... это был не его ход? Это был ход того, кто стоял за ней?

Весь мой гнев, вся моя ярость, вся моя боль — все это было не настоящим? Все это было спланировано кем-то другим? Кто-то другой дергал за ниточки, заставляя нас танцевать свой танец ненависти и разрушения, пока он сам готовился подобрать осколки?

Посмотрела на дверь, в которую только что вышел Дмитрий. На его боль, его гнев, его отчаяние... Было ли это все тоже частью спектакля? Или он, как и я, был всего лишь марионеткой?

Жалость, которую я так недавно изгнала, вернулась. Но теперь это была не жалость к больному человеку. Это была жалость к человеку, которым так ловко манипулировали. Как и мной.

Мы оба были дураками. Слепыми, яростными дураками, которых стравили друг с другом.

Медленно подняла телефон с пола. Палец дрожал, когда я выводила ответ. У меня не было больше ни злости, ни сил на красивые фразы. Только один-единственный, исчерпывающий вопрос:

«Кто?»

Ответ пришел почти мгновенно.

«Работаю над этим. А пока — не доверяй никому. Особенно тем, кто внезапно проявляет к тебе симпатию.»

Я опустилась на кровать, сжимая телефон в ладонях. Война не была окончена. Она только что перешла на совершенно новый, куда более опасный уровень. У нее появилось новое лицо. Незнакомое. Невидимое. И абсолютно беспощадное.

И теперь мне нужно было выбрать, на чьей я стороне. На стороне человека, которого я ненавидела. Или на стороне того, кто превратил нашу жизнь в ад.

Тишина в доме после отъезда Дмитрия была звенящей и неестественной. Казалось, даже стены затаили дыхание в ожидании следующего удара. Я сидела в гостиной, пытаясь осмыслить открывшуюся чудовищную правду о третьем игроке, о том, что нами манипулировали, когда внезапно в холле раздался нарочито громкий, бесцеремонный голос.

— Приветствую! Кто дома? Явился утешитель страждущих!

Я вздрогнула и вышла из гостиной. В дверях, снимая пальто и с размаху кидая его на плечико ожидавшей горничной, стоял он. Алексей. Младший брат Дмитрия.

Он был полной противоположностью моему мужу — всегда немного небрежный, с насмешливыми глазами, вечно ищущий развлечений и живущий на щедрые подачки старшего брата. Дмитрий его терпел, но относился с прохладным презрением.

— Алексей? — удивленно произнесла я. — Что ты здесь делаешь?

— Аня, родная! — он распахнул объятия, подошел и громко чмокнул меня в щеку, пахну дорогим парфюмом и легким перегаром. — Как же я мог не приехать в такой трудный час? Слышал, у вас тут апокалипсис с небольшим перекосом в светскую хронику. Привез тебе душевного спиртного и моральной поддержки!

Он размахивал бутылкой дорогого виски, купленной, несомненно, на деньги Дмитрия. Его нарочитая развязность и показная сердечность резали слух.

— Спасибо, — сухо ответила я, отстраняясь. — Но сейчас не лучшее время.

— Именно что лучшее! — он прошел в гостиную, устроился в кресло Дмитрия и разлил виски по бокалам, будто был у себя дома. — Когда как не сейчас нужно держаться вместе? Где мой бедный брат? Уже сбежал в свой офис зализывать раны?

Он говорил о Дмитрие с какой-то фамильярной жалостью, которая казалась фальшивой. Я молча наблюдала за ним, вспоминая слова Марины. «Присмотрись к его окружению. Кто останется в выигрыше?» Алексей? Неужели он? Бездельник и плейбой?

Вечером он задержался, настойчиво предлагая «составить компанию», рассказывал какие-то сплетни, пытался развеселить. Его поведение было настолько неестественным и навязчивым, что у меня зашевелилось подозрение. Слишком уж он старался казаться беззаботным.