Измена. Жизнь заново

Глава 3

Я бросаюсь к окну, забыв о Ляльке, и глухое раздражение поднимается в груди. Глеб мило прогуливается с гостьей, показывая ей наш сад. А Рита-Маргарита то запрокидывает голову и смеется, то хватает мужа под руку, то оглядывается…

«Вот сучка офисная! Еще и зрителей ищет! — вскипаю я. — Ну, я тебе!»

Я швыряю на столик блюдо с пирожными, кофейник, посуду и везу все на веранду. В голове перебираю, что бы такое сделать, чтобы удовлетворить адское просто желание уничтожить эту шмару.

Автоматом сервирую десертное угощение, а варианты так и крутятся в пылающем мозгу: от плюнуть в кофе до выгнать взашей из дома.

Но ничто не подходит. Испорчу Глебу карьеру, а сама прослыву безумной истеричкой, кандидаткой в психушку. Все пожалеют несчастного Глебушку и посмеются надо мной.

Р-р-р…

Свекровь теперь кокетничает с издателем Гвоздевым, но, увидев меня, сразу начинает распоряжаться:

— Дина, налей нам кофе.

«Терпение, только терпение!» — повторяю про себя, как мантру.

Только сажусь, как Гвоздев спрашивает:

— Мне очень нравятся эти картины. Кто автор? Не узнаю.

Игорь встает и идет к стене, свекровь вскакивает за ним.

— Ой, это домашняя мазня Дианы. Не стоит вашего внимания.

— Отчего же! Очень мило, — он поворачивается ко мне, а я стою, сгорая от стыда: так меня еще ни разу не унижали прилюдно. — У вас художественный дар, Дина.

— Спасибо.

— Сочетание цветов радует глаз. А вот это вообще шедевр.

Игорь подходит к холсту, покрытому оранжевой краской. На ее фоне изображено нагромождение редких черных камней, среди которых растет одинокая сосна.

— Вы думаете? — сомневается свекровь. — А мне она кажется совершенно безвкусной.

— Наоборот, здесь есть идея.

— Да? — Алла Борисовна, скорбно опускает уголки губ. — У Дианы в мастерской много подобного добра.

— Чудесно! — Игорь подходит ко мне. — Я очень хочу, чтобы вы оформили интерьер моего офиса.

От неожиданности я чуть не икаю. Ловлю встревоженный взгляд свекрови. С чего бы это?

— Но…

— Какие картины придадут ему шарм, как думаете?

— Нужно сначала посмотреть на цвет стен, интерьер, — загораюсь я.

— Ой, — перебивает меня Алла Борисовна. — Неужели вы не можете найти нормального художника? Дина совсем не бизнесмен.

Она хватает Гвоздева за локоть и тащит его внутрь дома. Я остаюсь одна. Слезы наворачиваются на глаза, от обиды хочется плакать.

Черт!

Промокаю салфеткой веки, смотрю на разводы туши и бегу в спальню. Я, как та одинокая сосна на картине, гнусь под ветром, но не ломаюсь. В каждой семье свой жизненный уклад. Если я его приняла с самого начала, не мне и менять.

В гостиной слышу приглушенный женский смех, осматриваюсь, вижу полоску света под дверью кабинета Глеба.

Подхожу, теперь различаю в смехе шаловливые нотки, и раскатистый бас мужа вторит ему.

Неужели?

Холодом сквозит по ногам, невольно передергиваюсь. Сердце останавливается от шока. Резко распахиваю дверь: Глеб развалился на диване с бокалом в руке, а напротив него сидит в кресле Маргарита и что-то рассматривает на экране ноутбука.

Ничего криминального. Вот совсем!

Тогда почему так больно в груди, что хочется кричать?

— Дорогая, — тут же вскакивает муж. — Рита просила показать ей наши семейные фото.

— И ты, конечно, выбрал самые смешные?

— Помнишь, праздник красок, на который мы попали в Индии? Ты была такая милая! Смотри!

Глеб тащит меня к ноутбуку, Маргарита недовольно дергает углом рта, но отодвигается.

Я не узнаю сегодня мужа. И чего он так суетится? Неужели эта Рита так на него влияет?

О боги, как избавиться от подозрений, которые все множатся?

С трудом фокусирую взгляд: на экране наши фото с праздника. Мы оба перемазаны краской от головы до пят и корчим рожицы.

— Дина, вам очень идет этот образ, — яд так и каплет с языка Маргариты.

— Образ кого? Чумазой дурочки?

— Ну, это сказала не я.

— Глеб!

Я стискиваю кулаки так, что ногти впиваются глубоко в кожу.

— Девочки, не ссорьтесь! — Просит чересчур оживленный муж. — А где господин Гвоздев и Влад?

— Алла Борисовна развлекает одного, а Лялька другого.

— Непорядок!

Муж подхватывает нас с Маргаритой под руки и тащит из кабинета вон. Я цепляю взглядом какой-то снимок в углу экрана, что-то царапает меня, но мысль ускользает, так и не оформившись.

Гости уходят через час. Я убираю со стола и морщусь: живот опять тянет. Я устала от ноющей боли, от суеты, подозрений, хочу принять душ и лечь спать.