"Измена.Последняя война" и "Развод по завещанию"

Глава двадцать вторая

Константин был расстроен. Не то чтобы он переживал за судьбу Альбины, но эта непонятная ситуация его напрягала.

– Я думаю, нам пора, – прошептал он на ухо сестре, когда вдова принялась скандалить и обещать вызвать полицию. – Если ты, конечно, не хочешь задержаться и познакомиться с родственниками потеснее.

Алина посмотрела по сторонам.

– Первая жена отца уже намыливает лыжи, вместе с Татьяной. Так что если есть желание – скажи, и подойдем к ним.

Девушка замотала головой и призналась:

– Кажется, я еще к этому не готова.

– Тогда поехали, а то голова разболелась, не могу слышать эти визги Альбины.

Они прошли в коридор, и дворецкий подал верхнюю одежду сначала им, а затем Анжеле, которая стояла и переминалась с ноги на ногу, вцепившись в золотой конверт обеими руками.

– Здравствуй, Анжела, – произнес Константин, – как поживаешь?

– Спасибо, жива-здорова.

Девушка покосилась на Алину, и Константин решил, что нет лучшего момента их представить:

– Это моя родная сестра, и твоя, кстати, тоже, знакомьтесь.

– Алина, – Чижик протянула ей руку, и та растерянно, но крепко ее пожала. Затем дворецкий подал ей плащ, и она его быстро накинула, завязала поясом и посмотрела в телефон.

Костя заметил, что она открыла приложение с такси и предложил:

– Может, тебя подбросить?

Анжела помотала головой и отошла к окну.

Вишевский-младший дернул плечами и махнул Алине рукой на выход. На ступеньках он сказал:

– Я пытался, ты видела.

Девушка кивнула. Они сели в машину, и Костя приказал водителю:

– Сначала на Баррикадную, – и, посмотрев на сестру, добавил: – Там по Варваре и ее мужу-дебоширу какие-то интересные новости. Я поеду, узнаю – и сразу к вам на ужин. Закажу из “Чайханы” мясо и овощи, хорошо?

Чижик только кивнула и сразу же спросила:

– Ты расстроен завещанием?

Константин скривился и признался:

– Не то чтобы я расстроился, но меня пугают вещи, которые не поддаются логике. А не поддаются они, потому что я явно чего-то не знаю. Именно это меня и пугает. Отец не просто посмеялся, он наказал Альбину, практически оставив без ничего. Свинарник где-то в Сибири и автомобиль “Москвич” никак нельзя назвать щедрым наследством от мужа, согласись.

– Да, – Алина расправила складки у платья.

– Тем более, что три месяца назад действительно почти все имущество и деньги, кроме предприятий, которыми владею я, он завещал ей. Я видел эти бумаги. Он сам мне их показал и объяснил свой поступок.

– Как объяснил? – спросила Алина.

– Ничего оригинального. Сказал, что никогда в жизни так не любил и хочет, чтобы все досталось ей.

– Получается, что за последние три месяца что-то изменилось. Или, может, он и правда не соображал, что делает? Как ты считаешь?

Костя замотал головой.

– Он был в сознании до последней минуты. Кроме того, Альбина приходила к нему раз в день, сидела у кровати, и он ее не прогонял. Вот тут я логики совсем не вижу.

Константин задумался, посмотрел в окно и через пару минут продолжил свои рассуждения:

– Если что-то случилось, я имею в виду, в поведении Альбины – например, она ему изменила – то он вряд ли бы позволял ей сидеть у его кровати. Так?

Девушка вздохнула:

– Я же его не знала, поэтому и предполагать ничего не могу. Кроме того, что это могла быть его игра. Или…

Вишневский резко посмотрел на сестру:

– Или что?

– Он мог что-то узнать про нее плохое, очень внезапно, поэтому всего лишил, но последние минуты все равно хотел провести с ней.

Костя хмыкнул.

– Безусловная любовь. Слышал про такую? – спросила сестра. – В ней нет ограничений, условий, эгоизма. В нет осуждения и снисхождения.

– Тогда почему он все ей не оставил? – удивился Константин.

– Пока он был жив – он любил. А как его не стало – то и этой абсолютной любви не стало.

– Так себе версия, – скривился Вишневский, – но жизнь наверняка все нам расскажет. Нужно только немного подождать.

Дома девушка рассказала старшей дочери про всех родственников и завещание. Кристина слушала ее, раскрыв от восхищения рот.

– Как же это круто, наверное, присутствовать на таком! – восхитилась она и поинтересовалась: - А где главный наследник?

– Поехал что-то там узнавать про Варвару.

В дом к сестре он попал к ужину, вместе с заказанной едой, хотя Кристина испекла пирог с рыбой и приготовила салат. На десерт ожидалось мороженное.

Константин обнял девочек и подмигнул Кристине:

– Пойдемте, расскажу вам новости.

Они уселись за стол ужинать, и Вишневский спросил:

– Признавайтесь. Кто из вас перешел дорогу Софье Фридман?

Алина посмотрела на дочь и обе пожали плечами.

– Первый раз слышу про такую, – ответила Чижик.

– В общем, это она наняла Варвару, которая работает в “желтой” газетной редакции, чтобы сделать репортаж о вашем фонде.

Алина от неожиданности уронила вилку.

– Вспомни хорошо, может, ты ей или ее родственникам операцию делала? Или наоборот, отказала в помощи? – попросил Константин.

Алина задумалась, а Кристина схватила телефон, что-то ввела, а затем показала фотографии матери:

– Вот она, эта Соня. Не узнаешь?

Чижик помотала головой:

– Первый раз вижу.

– Плохо, – расстроился Константин, – прижать Варвару и выпытать информацию, которую она знает, было легко, а вот до Софьи этой не достать. У нее куча телохранителей и влиятельный отец.

Кристина снова взялась за телефон и вдруг замерла, читая информацию.

– Что там? – поинтересовалась Алина.

Кристина посмотрела на маму широко раскрытыми глазами и вместо ответа вытянула руку с телефоном.

На экране была фотография Влада с девушкой и надпись: “Свадьба Уварова и Фридман назначена на первое августа”.

Я открываю подписку на этот роман и следом за ним тут же, а не отдельно буду выкладывать вторую часть про Анжелу.