Измена.Ты не вдохновляешь

Глава 34

Игорь

Я придерживаю Мишу под грудью.

Он хлопает ладонями по воде, брызги летят нам в лица, он визжит, дёргает ногами, будто правда собирается плыть.

— Тихо, чемпион, — тихо смеюсь я, удерживая его, когда он слишком сильно наклоняется вперёд.

Он поворачивает голову ко мне, потом к Олесе, потом снова к воде, и начинает лепетать:

— Ба-ба-ба… да-да-да…

Ему всё интересно.

Олеся стоит рядом.

Вода доходит ей до талии, и мокрая ткань купальника облегает её тело. Я стараюсь не смотреть, правда стараюсь. Но взгляд всё равно возвращается к ней снова и снова.

После беременности её тело изменилось. И почему-то это действует на меня сильнее, чем раньше.

Миша снова пытается «нырнуть». Мы одновременно тянемся его поддержать.

И в этот момент плечо Олеси касается меня.

Лёгкое касание.

Всего секунда.

Обычно она сразу делает шаг назад. Я уже привык к этому рефлексу. К тому, как она инстинктивно отодвигается, словно между нами теперь всегда должна быть дистанция.

Но сейчас…

она не отстраняется.

Я чувствую тепло её плеча у своей груди.

Она остаётся рядом.

И для меня это как сигнал.

Как будто где-то внутри загорается зелёный свет.

Я стараюсь сохранять спокойное лицо. Словно ничего не произошло. Словно я просто держу сына.

Но внутри всё начинает медленно разгораться.

Миша снова смеётся и бьёт ладошками по воде.

Олеся наклоняется к нему, поправляет его маленькую мокрую прядь волос на лбу.

— Смотри, какой ты пловец, — говорит она тихо.

Её голос мягкий.

Я смотрю на неё.

Она сосредоточена на ребёнке, но её плечо всё ещё касается меня.

Я медленно двигаю рукой под водой, поддерживая Мишу.

Моя ладонь скользит рядом с её бедром.

Она чувствует.

Я вижу, как её дыхание становится чуть глубже.

Но она не отходит.

Миша тянется ко мне, цепляется маленькими пальцами за мою шею, потом снова тянется к Олесе.

Мы оказываемся ещё ближе.

Он между нами, но расстояние между нашими телами почти исчезает.

Я чувствую тепло её кожи.

Её запах.

Знакомый до боли.

Моя рука снова касается её под водой.

Она резко поднимает на меня глаза.

Несколько секунд мы смотрим друг на друга.

В её взгляде вспыхивает предупреждение.

Но там же есть и другое.

Живое.

Опасное.

Она могла бы сказать: «Игорь, хватит».

Но она молчит.

И молчание действует сильнее любых слов.

Я чувствую, как внутри начинает подниматься горячая волна.

Миша снова хлопает по воде и радостно визжит.

Я перехватываю его удобнее, чтобы он не скользнул.

И вдруг она наклоняется ближе.

Настолько близко, что её губы оказываются у самого моего уха.

Её голос тихий.

Тёплый.

И опасно спокойный.

— Проверяешь мою эпиляцию?

Мир на секунду замирает.

Я даже не сразу понимаю смысл слов.

А потом память ударяет резко.

Я говорил это.

Тогда.

Когда уходил к Кристине.

Помню этот вечер слишком хорошо.

Коридор.

Тусклый свет.

Олеся стояла с маленьким Мишей на руках.

Уставшая.

Худая после родов.

С растрёпанными волосами.

И всё равно красивая.

А я…

Я был злой.

Растерянный.

И вместо того чтобы признать свою слабость, сказал мерзость.

Жестокую.

Глупую.

Я бросил эту фразу почти насмешливо.

Как будто хотел сделать ей больно.

И сейчас…

Она возвращает её мне.

Спокойно.

Тихо.

Почти ласково.

— Не волнуйся, — добавляет она шёпотом. — Я всё сделала.

Я смотрю на неё.

Она улыбается.

Очень спокойно.

Но в этой улыбке тонкая, острая ирония.

Она помнит.

Каждое слово.

Каждый момент.

Мне становится жарко.

От стыда.

Настоящего.

Тяжёлого.

Я тихо выдыхаю:

— Олеся…

Она уже отстраняется.

Берёт Мишу на руки.

Он тут же хватает ремешок её купальника и начинает тянуть его к себе, потому что в одиннадцать месяцев всё нужно потрогать и попробовать на зуб.

— Эй, — смеётся она. — Маленький разбойник.

Она аккуратно освобождает ткань из его пальцев.

Я смотрю на них.

Раньше она никогда не была такой.

Язвительной.

Острой.

Она была мягкой.

Тёплой.

Смотрела на меня так, будто я для неё весь мир.

А теперь…

она умеет ранить.

Очень точно.

И самое опасное —

что это заводит меня ещё сильнее.

Чёрт.

Это неправильно.

Но это правда.

Я провожу рукой по лицу.

Пытаюсь успокоиться.

Но внутри всё кипит.

Она играет со мной.

Провоцирует.

Проверяет.

И самое страшное —

что я хочу продолжения этой игры.

Очень хочу.