Измени мне, любимый!

Глава 59.

Спасибо всем, что сразу смылись - без вопросов, долгих и никому не нужных прощаний и других разговоров. Да им просто уже до чертиков надоело наблюдать за нашим с Петром - “мы ведь не торопимся”.

И - нет, мне не стыдно. Как только хлопнула входная дверь, крепко схватилась обеими руками с двух сторон за ворот рубашки моего синеглазого и резко потянула его к себе.

Ворот раздвинула, изучаю - что досталось. Первый раз так близко. Чую: цвет, запах, вкус - даже лизнула - все мое.

Пока есть у меня единственный вопрос, который сейчас хочу задать - глаза в глаза - и ничем себя не ограничиваю:

- Ну, что, милый, сегодня анлим - до утра?

И ответ-то мне не нужен, не жду его, а просто продолжаю с девизом “делай, что должен - и будь, что будет”.

Вот как сейчас: минута почти без действий, лишь одни намеренья - а мы уже близки друг другу, как ни разу прежде.

Изучаю дальше, разглядываю.

Взмах ресниц, приоткрывший блеск в глазах…

косая тень от челки, спрятавшая напрягшиеся скулы…

и дернувшийся на вдохе вверх уголок рта.

За пол мгновения я успеваю все еще не произнесенные слова увидеть на его лице.

И с восторгом эхом слышу рык - тихий, но от этого не менее наполненный страстью и желанием.

Зажмурилась. Не видеть желаю, а слышать - как сильно хочет меня мой синеглазый.

Шелест вдоха и урчание выдоха.

- Анлим у нас с тобой уже давно - на все и сразу, милая.

И мне не стыдно так торопливо и, в то же время, так старательно двигать пальчиками. Ведь на каждый мой счет - раз, два, три - отлетает новая пуговица с его рубашки.

Сдергиваю оставшуюся ткань и скольжу по его горячей груди. И изумляюсь - как такое возможно?

Чтоб под тончайшим и прохладным шелком кожи мои ладошки утопали в пышущей жаром стальной стене мышц.

Чтоб каждое его движение перебегало волной в мои пальчики, а после отката без потерь возвращалось от меня ему же.

Чтоб ладошки мои нагревались за мгновение до точки, за которой потом - только сгорать и плавиться.

И мне не стыдно так жадно ловить шальными от отсутствия хоть капли того самого стыда губами все, до чего сейчас они готовы дотянуться.

Вот в плену у них его язык. Шалун - первый попался и нарвался.

Вот обеими обнимаю его нижнюю - давно так хотела попробовать. Ура!

Вот попался кончик носа - прикасаюсь овернежно. Крылья мотылька - кувалды, в сравнении с моими губами.

И я еще недолго продолжаю упираться в него чем могу - ладошками, губами, взглядом.

А потом внезапно уступаю натиску - и он вжимает меня в себя и себя в меня.

Все.

Игры закончились.

Схватил под попу,

И хорошо что тут совсем рядом стенка, а перед ней тумба. Высота подходящая. Ширина - то, что надо . Как раз для нас - чтобы было сейчас все так - как хочется.

Кожа к коже.

Вдох ко вдоху.

Все и сразу.

Наклоняюсь к груди. Сердце гулко отмеряет ударами время.

А теперь пропустило удар. И мое, сразу затосковавшее - тоже.

А теперь снова - тук-тук-тук! И дальше - вместе.

- Леся, все и сразу? - этот гортанный шепот теперь я буду слышать вечно.

- А что, здесь кто-то не согласен?

- Ммммм… ррррр… милая… - уже не рык, а рев. Убедительно.

- Ну, уж, точно - не я, милый.

Все это время мои пальцы трогают его, соскальзывая вниз - сначала к кубикам, потом по ним, рисуя контур каждого, дальше по косой - упс, пряжка ремня - и снова вниз.

Все это время его пальцы касаются меня, двигаясь вверх: огладили коленки и дальше по бедрам прокладывают себе дорогу, рисуют круги, ждут реакции - и снова что-то рисуют.

Ну вот мы и встретились.

А дальше - как и хотели.

Все и сразу.