Изменить себе

Глава 1

— И он говорит: «Ты у меня первая!» — Лера заливается хохотом, едва договорив.

С её волос сыплются блёстки, вокруг глаз лежат чёрные тени из-за размазавшейся туши. Наверняка и на моей новой наволочке остались следы.

Но это не имеет никакого значения — такова моя плата за пикантную историю с самого утра.

Я тоже смеюсь и хватаю подругу за руку:

— Что?! Серьёзно?! Он же весь такой из себя альфа-самец! И красавчик! И ему двадцать пять!

Лера зарывается лицом в подушку, а через секунду выглядывает и довольно щурится:

— Короче, я велела ему одеваться и проваливать.

Что?! Я не понимаю. Ей же нравился этот парень, хоть она и делала вид, что её интересует только его внешность.

— Почему?

Лера напускает на себя серьёзный вид:

— Катя, я не готова к такой ответственности! Сегодня он отдаёт мне свою девственность, а завтра — скажет, что любит!

— Но он же классный парень.

— И тем не менее. Я не готова ко всем этим… штукам, — она машет рукой в воздухе и морщит нос, — ну, как у вас с Владом.

Я качаю головой:

— Эти штуки называются «отношения». Любовь. Попробуй как-нибудь на досуге.

Лера делает вид, что её тошнит. Я запускаю в подругу подушкой:

— Ну ты и бестолочь!

Мы смеёмся и затеваем подушечный бой, окончательно разворошив мою постель.

Лера чаще ночует у меня, чем дома, да практически живёт в моей квартире. Шкаф забит пополам моими и её шмотками — мы уже и забыли, где чьё.

Чаще всего Лера приходит под утро после очередной вечеринки, и, открыв глаза, я обнаруживаю, что подруга похрапывает рядом, сместив меня к самому краю кровати и раскинувшись «звездой».

Так было и сегодня.

— Катя! Ты проснулась? — доносится до нас мужской голос из коридора.

Мы обе замираем.

— Вспомнишь, солнце — вот и лучик, — недовольно бормочет Лера. — Ты ему уже и ключи дала?

— Ну он же мой парень, у нас всё серьёзно, — пожимаю плечами я и встаю с постели, чтобы встретить Влада.

Лера со стоном заворачивается в одеяло:

— Но этот Влад такой уны-ы-ылый!

— Не говори о нём так, — я оборачиваюсь на пороге спальни и смотрю на недовольный одеяльный кокон. — Вставай и иди в душ! Завтрак через пятнадцать минут, а от тебя несёт как от забулдыги. Как не стыдно, ай-я-й!

— Он заразил тебя унылостью, — глухо отвечает кокон.

Я смеюсь и выхожу из комнаты.

Влад уже по-хозяйски возится у плиты и вздрагивает, когда я обнимаю его сзади и целую в шею.

— Привет.

— Опять она завалилась среди ночи? Тебе пора бы брать с неё деньги за проживание, — ворчит Влад.

Я кошусь на Лерины туфли, брошенные у порога. Они целиком усыпаны стразами, а каблук такой высокий и острый, что может сойти за холодное оружие при необходимости.

Частичка сверкающего великолепного хаоса, нагло ворвавшегося в упорядоченный мирок моей квартиры, в которой все вещи всегда на своём месте.

Влад тоже смотрит на туфли и вздыхает:

— Я о них споткнулся, когда зашёл. Чуть шею себе не свернул.

— Как опасно, — хихикаю я и разворачиваю его к себе.

Приподнимаюсь на носочки и легко целую Влада в губы. Серьёзные голубые глаза становятся мягче, и Влад целует меня в ответ. Его поцелуй быстро становится глубоким и требовательным.

Влад красивый. У него правильные черты, густые тёмные волосы и абсолютно прекрасные глаза. Он — само совершенство.

А Лера говорит, что он унылый, и ей даже обидно, что такая внешность досталась такому зануде.

Но Влад не зануда — просто взрослый и любит порядок во всём. У нас с ним много общего, между прочим.

Мы оба не любим сюрпризы, предпочитая надёжную предсказуемость. А ещё мне нравится, что его планы на жизнь всегда простираются дальше завтрашнего дня.

С ним я выпала из веселого балагана, в котором крутилась с Лерой, и теперь всё чаще провожу вечера с Владом, смотря какой-нибудь фильм из списка «топ-сто обязательных к просмотру для общего развития».

Мы встречаемся уже полгода, и думаю, скоро съедемся. Но пока у нас слишком много дел, чтобы заняться этим вопросом. Мы не спешим.

Рядом с Владом я заземляюсь. С ним спокойно. Вовсе не скучно.

— О господи! Если что, спальня свободна! — возвещает о своём прибытии на кухню Лера. — Так и быть, подожду в одиночестве пять минут, пока вы там утолите свою страсть. За пять минут, глядишь, и два раза успеете.

Мы с Владом расходимся. Он хмурится, и я посылаю ему мягкую, понимающую улыбку: «ну потерпи».

Лера усаживается за стол и потягивается.

Сейчас, когда она смыла потекший за ночь боевой раскрас, кажется такой юной, почти школьницей. Мокрые светлые волосы собраны в пучок, лицо чистое и совершенно ангельское.

Она щурит кошачьи глаза и весело обращается к Владу:

— Как дела на работе? Папочка тобой гордится?

Я ставлю перед ней кружку с кофе и легко щипаю за щёку:

— Отстань от него.

Лера фыркает и закатывает глаза.

Влад расставляет на столе тарелки с омлетом и едва слышно вздыхает.

Лера вечно цепляется к нему, потому что считает его мажором.

Отец Влада — крупный бизнесмен, и сразу после выпуска пристроил сына к себе. Но это не значит, что Влад просто с умным видом ходит по офису отца: он работает и работает тяжело.

Но Лера редко меняет своё первое мнение о людях, тем более о тех, кто так на неё не похож.

— Да, у меня есть работа, — спокойно говорит Влад, садясь рядом со мной. — А у тебя как, Валерия? Нашла что-то?

Лера подцепляет вилкой помидор, отправляет в рот и отвечает с набитым ртом, нарочито демонстрируя полное отсутствие манер:

— Я — художник, ты же знаешь. Как и Катя, кстати.

Я пью кофе, чувствуя себя между молотом и наковальней. Ещё только семь утра, а в нашей кузнице взаимного раздражения уже вовсю летят искры.

— Да, художник, но у Кати есть работа, — почти со мстительным удовольствием отмечает Влад, закидывая руку на спинку моего стула. — Брала бы пример.