Изменить судьбу

Глава 4

– Чем могу быть полезен, треш Эграсса? – угодливо поинтересовался карлик у ночного посетителя, как только тот замолчал.

Сердце девушки скакнуло и зашлось в бешеном ритме от сильного волнения, щёки зарумянились, а ладони слегка покрылись испариной. Тело вдруг сделалось ватным и практически невесомым.

– До меня дошла информация, что в этом магазине собраны самые лучшие и редкие каменья.

– Не могу отрицать, треш Эграсса, – не без самодовольства ответил хозяин магазина, и Ами сразу представила раздувшегося от гордости карлика. – Присаживайтесь, пожалуйста.

Послышалось тихое шуршание и копошение.

– Сейчас выложу на Ваше обозрение всё, что у меня имеется в наличии, а если ничего не подойдёт, могу и на заказ привезти. – Затараторил мастер Боли, мысленно уже потирая руки от такой удачи.

Девушке вдруг до ужаса захотелось просунуть голову в щель и посмотреть на Эграссу – того, о ком она грезила ночами, лёжа в своей постели с книжкой в обнимку.

– Вы какие предпочитаете, треш Эграсса – обычные или магические?

– Показывай все. – Прозвучал холодный голос с нотками приказа.

– Как пожелаете, – любезность карлика для Ами была чем-то выходящим за грани реальности. Он даже с обычными покупателями редко церемонился, а тут весь расплылся, словно масло на сковородке.

Вновь что-то загремело, послышался стук выдвигаемых ящиков с драгоценностями и камнями, стоящими отнюдь не дёшево. Некоторые и вовсе стоили баснословно дорого, такие были только по карманам герцогам, баронам… в общем, очень зажиточным жителям Авендума.

Затем наступила практически полная тишина: только огонь в камине издавал умиротворяющий треск, пытаясь иногда выбросить снопы искр в комнату на пол, но наталкиваясь на стеклянную преграду, маленькие искры возвращались в родные объятья пламенных сестёр-языков.

В груди девушки горел дикий огонь любопытства и трепетного желания войти в магазинчик и посмотреть на принца эльфов, так накрепко засевшего в её голове и сердце. Но она не хотела показаться невоспитанной, чтобы появляться там просто так без всякого приглашения. Это было бы крайне неприлично.

До её слуха долетел разговор на орочьем языке с еле заметным гортанным порыкиванием. Язык был очень грубым, непривычно режущим слух, но не раздражительным. К такому можно привыкнуть, если слушать почаще.

Тяжело и тихо дыша, Ами подалась немного назад, и как раз вовремя: дверь распахнулась, и в комнату ураганом влетел карлик, блестя лысой макушкой и отражавшимися бликами света в пенсе на правом глазе.

В распахнутой двери мелькнули пепельно-серые волосы, яркий янтарь глаз и драгоценные камни всех оттенков, перебирающиеся длинными пальцами с чёрными ногтями.

Ами резко отпрянула от двери, дабы её не заметили с той стороны, и, чтобы не быть сбитой с ног мастером Боли. Приложив руку к груди, она дышала, словно от нехватки кислорода.

– Подслушиваешь? – грубо и резко бросил карлик, даже останавливаясь с осуждающим прищуром посматривая на свою помощницу.

– Нет, – быстро проговорила девушка, мотая головой. – Просто эльфов никогда не видела, – немного слукавила Ами, чувствуя, как щёки заливает предательский румянец, быстро опустила глаза вниз, буравя ковёр под своими тапочками.

– Посмотрела? – смягчаясь, но всё же с грубостью поинтересовался Боли, а в глазах мелькнуло понимание на любопытство девчонки.

– Да, – кивнула та в ответ и вновь перевела взгляд серо-голубых глаз на приоткрытую дверь. – «Надеюсь, он не слышал, что я тут лепетала», – вздохнула от своих мыслей Ами, уповая на то, чтобы эльф на тот момент оказался глухим.

– Тебя давно Рудорра ждёт, живо иди на кухню, – резко отчеканил хозяин дома, сводя хмуро брови к переносице. – Нечего тут прохлаждаться.

Поняв, что её просто-напросто выпроваживают, Ами, крутанувшись вокруг своей оси, поспешила к ожидающей её карлице. Ворвавшись на кухню, где орудовала хозяйка дома у очага, девушка остановилась и чуть срывающимся голосом протараторила:

– Я ужинать сейчас не буду. Не хочется, может, чуть попозже.

И под удивлённый взгляд чёрных глаз умчалась на второй этаж в свою комнату. Весь аппетит ушёл с волнением, испытываемым от мысли о том, что тут, в этом доме, на первом этаже находится Эграсса собственной персоной. И если она хочет рассмотреть более детально его внешность, то это лучше всего делать с окна её комнаты. Одно из окон спальни как раз выходило на широкую главную улочку. Десять минут для Ами, ожидающей принца эльфов, показались целой вечностью. Она в нетерпении стояла у окна и жадно всматривалась на выход из магазина мастера Боли. Но дверь всё оставалась закрытой, а на улице довольно-таки сильно и быстро стемнело, и только одинокий уличный фонарь, зажжённый фонарщиками почти у самого крыльца, охватывал небольшой пятачок белым светом.

Вздохнув, наверное, двадцатый раз уже, Ами вдруг заметила слабое серое свечение в своей комнате, исходящее из ящика тумбочки. Замерев, девушка недоумённо уставилась на слабое мерцание, пробивающееся из щелей тумбы. Страх охватил её грудь, дыхание на мгновенье сбилось, а кожа покрылась холодным потом, но сильнее всего горело любопытство. Такое яркое, манящее своей привлекательностью узнать что-то неизведанное, обещая, что ты будешь первым обладателем того таинственного, скрытого от других глаз секрета.