Изменщик. Никогда не прощу!

Глава 3.

Когда человеку плохо, он всегда бежит под крыло своей матери, а моей настоящей, первой мамой всё таки была бабушка... Я приехала в Тверь рано утром.

Бабушка открыла мне дверь в ночнушке. Она испуганно щурилась и несколько раз подряд спрашивала, всё ли дома в порядке.

— Нет, — ответила я и разрыдалась.

Бабуля предложила мне поесть, выпить чаю — затем нормально отдохнуть, а уже после этого разговаривать... но я не могла остановиться — всё плакала, плакала, плакала...

Мне необходимо было высказаться — рассказать кому-то всё — всё, до малейших деталей.

Бабушка прекрасно знала, как сильно я влюблена в Дана, и поэтому мне было не стыдно рассказывать ей о своей боли.

— Значит, ты беременная, застукала своего жениха на сестре — констатировала бабушка спустя три чашки крепкого чая.

Я кивнула.

— Из-за этого ты и решила отменить свадьбу? — уточнила бабуля.

Я снова кивнула.

— Ну, всё правильно, — улыбнулась бабуля. — Правильно поступила, Лизок.

Она мне подмигнула, поднимаясь с табуретки.

— Только, если ты решила совсем-совсем исчезнуть, то сюда ты приехала зря.

— Бабушка? — испуганно воскликнула я.

Бабуля развела руками.

— Думается, мой сын ещё не потерял былой остроты ума, и как только выяснится, что невеста сбежала, это будет первым местом, куда он пошлёт за тобой неверного жениха.

Бабушка поймала мой взгляд.

— Тогда тебе придется выдержать приезд Даниила.

Я замотала головой.

— Бабуль, только не это.

— Вам бы поговорить, — заметила бабуля.

— После того, что я видела?

Я усмехнулась, а бабушка кивнула.

— Понимаю, Лиза. Прекрасно тебя понимаю. Я бы тоже не простила... но я не ты. Да и обстоятельства в жизни бывают разные.

— Какие жизненные обстоятельства могли занести Дана на мою младшую сестру? — спросила я. Бабушка поморщилась.

— Лиза, пожалуйста, без подробностей... Я и так всё прекрасно поняла.

Она посмотрела на меня — долго и внимательно.

— Но ты теперь решаешь не только за себя.

— И что ты предлагаешь? — спросила я, стиснув зубы от беспомощности. — Растить ребенка вместе с мужем, который будет таскать в дом всякие ЗППП?

— Мне не кажется, что Даниил такой легкомысленный, — вздохнула бабуля.

И я сразу же кивнула, потому что тоже так не считала. Дану уже перевалило за тридцать... с его деньгами и возможностями, он наверняка нагулялся.

Да и не стал бы он ради простого удовлетворения «пачкать в гнезде» — не тот он человек.

— Я думаю, у него к Алине всё серьезно, — медленно процедила я. — А если у них там такие чувства, что они даже меня не пожалели, то... стоит ли всё усложнять, вешая на Дана нежеланного ребенка?

Бабушка встала и подошла к окну.

— Мне всё равно не очень нравится это твоё решение ничего не говорить Даниилу о твоей беременности. Какая бы у него не была любовь к Алине — если она вообще, конечно, там есть — ребенка делали вы оба. Значит, обоим нести ответственность.

Я судорожно вздохнула.

— Но я понимаю также, — сказала бабуля, повернувшись обратно ко мне, — что если о твоей беременности узнают ваши родители, вас загонят в брак — а это ты вряд ли выдержишь.

— Не выдержу, — подтвердила я.

Бабушка кивнула.

— Да, я тоже так думаю... Я помогу тебе, Лиза. Когда ты говоришь, твои письма доставят адресатам?

Я посмотрела на часы.

— Я попросила курьерскую компанию отправить во второй половине дня. Сегодня.

— Хорошо, — кивнула бабушка. — Значит, сейчас ты ложишься спать.

— Но...

— И без возражений!

Это было похоже на сказку, когда утро вечером мудренее, только у нас всё получилось наоборот: легла спать я рано утром, а проснулась где-то около трёх после полудня.

Бабуля к этому времени приготовила вкусный рассольник, блинчики с творогом — и заставила меня хорошенько пообедать.

— Бабуль, не хочу!

— Ты теперь должна думать не о себе, — прищурилась бабуля, кивнув на мой живот.

И я действительно проглотила всякие возражения, плотно пообедав... а бабушка в это время сидела рядом и рассказывала мне план, который она придумала.

К сожалению, в Твери мне всё-таки остаться было нельзя. Слишком рискованно.

— Если хочешь спрятаться ото всех, то Тверь не подойдет.

— А где мне тогда жить? — спросила я.

— Прятаться надо с умом, Лиза, — улыбнулась бабуля. — В стоге сена практически невозможно отыскать иголку.

— То есть мне надо вернуться обратно в Питер? — не поняла я.

— Или можно переехать в Москву, — кивнула бабуля. — Москва, конечно, предпочтительней — больше.

«И там не будет тех воспоминаний, которые рвут мне душу», — подумала я, тоже остановившись на Москве.

Это оказалось предсказуемым решением (бабушка хорошо меня знала) — и когда я озвучила ей своё решение, она протянула мне какие-то ключи от квартиры.

— Это что? — удивилась я.

Бабуля довольно улыбнулась.

— Твоя квартира.

— Но... откуда? Как?

— Пока ты спала, пришлось обзвонить пару человек, — бабушка посмотрела на часы. — Через сорок минут за тобой заедет Олег — внук Ирины Ивановны.

— Зачем?

— Отвезет тебя в Москву. В этой квартире поживёшь первые полгода — квартира принадлежит внучке Карины Кареновны, она за границу на два года уехала по работе, так что там тебя никто искать не станет.

— А потом? — спросила я.

— У меня есть идея, — ответила бабушка.

Бабушка была не просто тверской пенсионеркой, доживающей свой век на скромную пенсию учительницы математики.

Бабуля была матерью моего отца — это от неё ему достался интеллект, деловая хватка и способности придумывать выигрышные комбинации в бизнесе.

И хотя сама бабушка бизнесом никогда не занималась...её план сработал.

Я смогла исчезнуть из поля зрения своей семьи, обосновавшись в Москве.

Чтобы меня не отследили по документам, я поменяла фамилию на бабушкину — бабушка, выйдя замуж за деда, не стала менять свою девичью фамилию Матвеева на дедову Черкасова.