Измены. Наши двойные сплошные. Часть 2

Глава 8

Родион

Зажав локтем коробку с новым телефоном, выхожу из лифта. Сразу замечаю Лизу в приоткрытой двери квартиры.

— Здравствуй, — машет она рукой, пока я приближаюсь.

— Здравствуй, — произношу в ответ.

Лиза пятится назад, пропуская меня в квартиру.

— Что же у вас там творится, Родион?! — с сожалением всплескивает она руками. — Мне Евгения Марковна в двух словах рассказала. Я в шоке!

— Да, пришлось поволноваться, — отзываюсь, раскрывая объятия, потому что ко мне уже спешит Алина, вышедшая из своей комнаты.

— Папочка, привет! — восклицает она. Прижимается, когда я поднимаю ее на руки.

— Привет, — целую Алину в щечку.

— Дедушка сильно заболел? — она испуганно заглядывает в мои глаза.

— Заболел. Но врачи помогли ему, и все теперь будет хорошо, — с уверенностью заверяю.

— Они полечили ему сердечко? — спрашивает дочка, коснувшись ладошкой моей груди.

— Да, сердечко, — киваю, улыбаясь трогательности, с которой она расспрашивает про дедушку. — А еще — вчера родился твой братик.

— Правда? — вспыхивает восторженным удивлением Алина.

— Правда, — усмехаюсь, опуская ее на пол. Достаю из кармана смартфон. Отыскав фото сына, показываю Алине: — Смотри, какой маленький.

— Очень маленький, — на выдохе соглашается дочка.

— Твоего братика зовут Даниил.

— Даниил, — повторяет она.

— Поздравляю вас, Родион, — подает голос Лиза, тоже склонившись к экрану телефона. С грустью добавляет: — Жаль, что раньше срока…

Убираю сотовый.

— Все в порядке, — категоричным тоном пресекаю развитие этой темы. Вновь перевожу глаза на дочь, присаживаюсь, чтобы быть лицом к лицу с ней: — Алина, у меня сейчас будет очень-очень мало времени, ведь дедушка и Виктория с Даниилом в больнице, а значит, им нужно уделять особенное внимание, правильно?

— Да, — недолго думая, кивает Алина.

— И на работе теперь много-много дел, раз дедушка заболел и больше не может на нее ходить, мы с дядей Богданом все-все делаем сами. Поэтому пока что нам с тобой не удастся видится так же часто, как раньше. Но я буду очень скучать и, чтобы мы могли общаться на расстоянии, я купил тебе телефон. Звони и пиши мне, когда захочешь, я всегда буду на связи. Поняла?

— Да! — с радостью отвечает дочка.

— Но… Родион, — озадаченно вставляет Лиза. — Я не хотела, чтобы у Алины в таком раннем возрасте был сотовый. А как же тики…

Вскрываю коробку и передаю ее дочке.

— Иди, Алин, рассмотри пока телефон, а мы с мамой поговорим, — отправляю ее в свою комнату.

— Подобные вещи нужно обсуждать заранее, — недовольно заключает Лиза, не успевает Алина еще скрыться за дверью.

— Согласен, но обстоятельства сложились форс-мажорные, — произношу примирительно. — Я купил для нее самый простой детский телефон. В нем нет доступа в интернет, можно только звонить и писать сообщения. Не хочешь, не давай его Алине в детский сад, но пусть у нее будет возможность связаться со мной вечером или по выходным. Я действительно какое-то время смогу появляться лишь изредка. Предлагаю не отменять наши с Алиной совместные походы к психологу, после которых я буду водить ее на прогулку. Надеюсь, хотя бы раз в неделю нам с ней точно удастся видеться. Я буду очень стараться.

— Все так плохо? — сменив негодование на тревогу, спрашивает Лиза. — С Эдуардом Борисовичем? Или с Викой?

— Все не плохо, — подчеркиваю в ответ. — Но требует моего времени.

— Ясно, — с пониманием кивает она.

— О каких звонках ты писала? — вспоминаю еще один вопрос, который нам следует обсудить. — Тебя беспокоят из местных пабликов?

— Да, было несколько неприятных звонков. С такой наглостью вопросы задают, — раздраженно замечает Лиза.

— Просто игнорируй их всех. Кто бы там ни был. Я попрошу нашего пиарщика связаться с тобой, чтобы проинструктировать, но в целом игнор единственно верный сценарий. Даже не слушай их.

— Я так и делала. Не надо пиарщика.

— Ты точно ничего не комментировала? Нигде не всплывут какие-нибудь твои слова? — присматриваюсь к ней с сомнением.

— Нет-нет, будь уверен, — настойчиво заверяет Лиза.

— Хорошо. В соцсетях сейчас возьми паузу. Через пару дней можешь постить, что хочешь, но только касательно тебя и Алины, как я уже предупреждал ранее.

— Да, Родион, я это уяснила, — отвечает она с легкой обидой в голосе.

— Хорошо. Тогда на этом все, — собираюсь позвать дочку, но Лиза прерывает меня, вкрадчиво произнося:

— Родион, пока ты не уехал, я хотела бы выразить поддержку всей семье. Желаю Эдуарду Борисовичу скорейшего выздоровления, а вам с Викторией сил, не представляю, каково ей…

— Это лишнее, Лиза, — останавливаю ее «трогательную» речь, за которой одному только Богу известно, что на самом деле кроется.