Изумруд

Глава 1

«В мире не существует правильного и не правильного. Просто в моменте, та или иная сторона удобна большинству.»

Фигура в длинном темном плаще заходит в таверну, его лицо скрывает широкий капюшон, сквозь небольшой просвет с трудом можно разглядеть очертания молодого мужского лица. Мужчина осторожно подходит к бару. Бармен делает вид, что не увидел нового посетителя и продолжает о чем-то разговаривать с местными на другом конце барной стойки. Незнакомец поворачивается в сторону бармена, немного света от ближайших свечей падает на его лицо и позволяет заметить длинные светлые волосы, падающие под капюшоном на его плечи. Бармен продолжает игнорировать мужчину, как вдруг до него доносится очень ему знакомый металлический звук. Повернувшись в сторону неизвестного гостя, бармен замечает в его пальцах продолговатую овальную монету. Мужчина прокручивает монету в своих пальцах и кладет ее прямо перед собой на барную стойку. Бармен выпрямляется, слегка оттолкнувшись от стойки, и медленным шагом подходит к незнакомцу.

- Редкая чеканка для наших краев. - глаза бармена с интересом забегали в попытках разглядеть лицо в темноте капюшона.

- Монета Ордена, что же ты забыл так далеко от дома? - бармен медленно подносит монету к своему лицу и внимательно осматривает ее ребра, прощупывая центральный рисунок пальцем.

- Настоящая, можешь не искать подвох. - незнакомец немного откидывает капюшон, бармен успевает разглядеть характерные для эльфов черты лица.

- Эльф, будь я проклят, так значит монета не из родной казны?! Где ты ее взял?! Всем известно, что воры и бойцы из вас никакие, поди осмелился осквернить поле боя и вытащить из карманов мертвого, либо же случайно нашел на улице? - рот бармена перекосило ехидной и мерзкой улыбкой. По напряжению на его висках было видно, что буквально секунда, и он громко засмеется, привлекая ненужное внимание. Эльф наклоняется ближе к лицу бармена, и становятся видны его два немигающих глаза с красными зрачками, очень несвойственные эльфам.

- Караван Лорда Горрингота. - слова прозвучали спокойно и уверенно. Осталось только ждать и наблюдать за его реакцией, подумал эльф. Лицо бармена перекосило от непонимания, еще мгновение назад, он собирался загоготать во всю глотку и заставить вышибал выдворить красноглазого за дверь, но караван Горрингота это известная трагедия. А что если он просто врет и даже близко там не бывал, но если вдруг он причастен ко всему тому ужасу, значит, что каждое неосторожное слово может стать последним…

- Так это меняет дело… - Он выкрикивает фразу с напускным спокойствием, эльф сразу же замечает, как небольшие черные зрачки начали бегать по всей таверне в поисках помощи, но красный отблеск в темноте капюшона становился все ярче и насыщеннее, будто бы пытаясь забрать бармена к себе. Стиснув зубы мужчина с силой отрывает взгляд от манящей тьмы, и держась двумя руками за барную стойку опускает голову вниз. Эльф же, облокачивается на стойку и еще ближе пододвигается к лицу бармена, темнота капюшона растворяется почти полностью, становятся видны острые скулы и слегка вытянутый вперед подбородок, от ярко-красных зрачков, расчерчивая белоснежные белки, расходятся тонкие кровавые борозды. Небольшие, еле видные брови начинают подергиваться от напряжения. Бледный, длинный нос со слегка заостренным кончиком плавно перетекает в тонкую линию поджатых губ. Эльф стремительно выхватывает с пояса короткий кинжал и резким рывком вонзает его в руку бармена, начиная медленно проворачивать его по часовой стрелке. Вена на гладко выбритой голове мужчины наливается кровью и начинает заметно пульсировать. Глаза эльфа будто бы начинают разгораться еще ярче, буквально впитывая в себя каждую каплю причиненных живому существу страданий. Вскрикивая, бармен пытается поднять свою голову и сразу же встречает отблески манящих лучей из темноты капюшона. Не в силах более сопротивляться бармен начинает погружаться в это свечение, все вокруг темнеет, глаза мужчины медленно закатываются и его бездыханное тело шумно падает на барную стойку. Эльф скидывает накидку с головы, и все помещение наполняется красными отблесками, он отворачивается от бездыханного тела, но его лицо невозможно разглядеть, лишь глубинная пустота и ощущение беспомощности…

Коэтэль просыпается резким рывком, хватаясь за свое лицо и волосы, со лба стекает холодный пот, волосы вымокли, от постели веет неприятной сыростью. Начиная ощупывать свое лицо, эльф с тяжестью выдыхает, все на месте, никаких изъянов. Он встает с кровати и подходит к окну. Огромная луна буквально заглядывает в окно.

- Полночь. Каждый раз - Коэтэль отводит глаза от окна, больше не в силах смотреть на яркий безмолвствующий шар. Эльф прокручивает в своей голове прошлые ночи и подобные кошмары, каждый раз, вслед за пробирающим до мурашек страхом, приходит луна и будто бы пытается ещё сильнее надавить и сломить. Облокотившись спиной о стену возле окна, эльф медленно начал сползать вниз, достигнув самого пола.

Неприятные покалывания волнами прокатываются по голове, боль начинается в затылке, нудно и медленно перетекая в лобную часть, со временем она полностью захватывает голову и смешивает в кучу все мысли. Коэтэль закрывает глаза и медленно надавливает на виски ладонями, пытаясь вытеснить неприятные ощущения из своего сознания, но все попытки будто бы делают только хуже. Пальцы ощущают каждый удар сердца в висках, волна за волной, боль усиливается, и спустя мгновение ничего кроме боли не остается. Кажется, что легче не сопротивляться и просто отдаться ей, раствориться, стать одним целым и просто перестать существовать, остаться бесчувственной кучей плоти на этом холодном, деревянном полу, забыв о всех своих целях и желаниях. Мигрень слегка ослабевает свою хватку и позволяет эльфу открыть глаза. В такой момент приходит понимание, что любая боль временна, ты можешь всё держать в своих руках, главное не сдаваться раньше времени, и даже если она накатит с новой силой, ты точно будешь готов сопротивляться.