Изумрудная ложь

Глава 57. Испытание на прочность

Вой солдата, сорвавшегося в пропасть, замер в гулком эхе пещеры. На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь зловещим гулом второго якоря и свистом магических разрядов.

На лице Вейлы не дрогнул ни один мускул. Черные, бездонные глаза были прикованы к Аиде с холодным любопытством.
— Агрессия. Иррациональная реакция. Ты позволяешь эмоциям управлять силой. Это неэффективно.

Она плавно подняла руку. Оставшиеся солдаты, карабкавшиеся по стене, замерли, их конечности неестественно выгнулись, готовые к прыжку. Одновременно с этим, от самого якоря отделились три тонкие, жидкие тени — сгустки чистой энергии смерти, принявшие форму кинжалов. Они поплыли по воздуху в сторону Аиды и Каэла.

— Я научу тебя контролю, сестра, — голос Вейлы оставался мелодичным и безжизненным. — Как и подобает истинной наследнице Блекберда.

Каэл бросился вперед, его меч, зачарованный против нежити, вспыхнул ослепительным серебром. Он встретил первого энергетического кинжал сокрушительным ударом. Сущность с шипением рассеялась, но сила отдачи заставила его отступить на шаг.
— Аида! Якорь! Пока я держу их, попробуй его дестабилизировать!

Аида понимала его замысел. Пока Вейла отвлечена контролем над солдатами и астральными клинками, ее связь с якорем может быть уязвима. Но дестабилизировать активный якорь было все равно что сунуть руку в сердце урагана.

Солдаты, преодолевшие уступ, ринулись на Каэла. Он встретил их стеной из стали и магии, его движения были точными и смертоносными. Но они не чувствовали боли, не знали страха. Они шли напролом, и за каждым поверженным тут же вставал следующий.

Аида закрыла глаза, пытаясь игнорировать звуки боя. Она снова погрузилась в энергетический поток, но на этот раз он был бурным, неукротимым. Якорь пылал, как реактор, и Вейла была его управляющим стержнем. Аида попыталась повторить трюк с усыплением, но ее ментальное прикосновение встретило гладкую, непроницаемую стену. Волю Вейлы.

— Твои методы примитивны, — донесся до нее ледяной голос. — Я — не бездушный механизм. Я — воля, воплощенная в энергии. Ты не сможешь усыпить то, что и так не спит.

Один из астральных кинжалов, проигнорировав Каэла, резко изменил траекторию и ринулся прямо в Аиду. Она едва успела отпрыгнуть, чувствуя, как ледяное лезвие опаляет ей щеку. Контроль — вот в чем была сила Вейлы. Абсолютный, безжалостный контроль над всем, к чему она прикасалась.

И тогда Аиду осенило. Она искала слабость не в якоре, а в самой Вейле. В этой «совершенной» кукле.

Она резко развернулась, разрывая ментальный контакт с якорем, и всей своей силой обрушилась на тонкие нити, связывающие Вейлу с одним из солдат.

Это было не грубое обрывание. Это было искажение. Она не перерезала нить, а вплела в нее чужеродную команду — импульс паники, животного страха, который никогда не должен был существовать в подконтрольном разуме.

Солдат, занесший меч над Каэлом, вдруг замер. Его стеклянные глаза расширились. Из его горла вырвался хриплый, нечеловеческий вопль, полный настоящего, неконтролируемого ужаса. Он затряс головой и, повернувшись, с дикой силой ударил своего товарища.

На лице Вейлы впервые появилось выражение. Легкое, едва заметное замешательство. Ее идеальный контроль дал сбой.

— Что... что ты сделала? — ее голос потерял долю мелодичности.

— Я показала ему, каково это — быть живым, — бросила Аида, уже находя следующую нить. — Давай посмотрим, как твое «совершенство» справится с хаосом, сестра.

Она снова послала импульс — на этот раз слепой ярости. Еще один солдат отпрянул от Каэла и с диким ревом начал крушить все вокруг, обрушивая удар на каменную колонну.

Контроль Вейлы трещал по швам. Ее астральные кинжалы потеряли фокус, беспорядочно закружив в воздухе. Она пыталась одновременно удержать якорь, управлять оставшимися солдатами и подавить бунт в своих рядах.

Каэл, воспользовавшись моментом, прорвался сквозь строй обезумевших солдат. Его взгляд встретился с взглядом Аиды. Никаких слов было не нужно. План сработал.

Теперь их цель была не якорь. Их цель была сама Вейла. Создание, которое вдруг оказалось не таким уж и совершенным.