Изумрудная тропа фениксы.

Глава 4.

Глава 4. Где Раиса — там и порядок

С утра всё было не так. Птицы орали громче, трава — гуще, а солнце — подозрительно приветливым. Даже Баюн, прячась в тени под телегой, ворчал:

— Клянусь последней селёдкой, сегодня что-то будет. Прям в ушах звенит. Прям в усах чешется.

А всё потому, что Раиса, выспавшись, умывшись берёзовым отваром и напаяв всех девчат шалфеем, принялась за главное — будущее. Причём всерьёз.

— Значит, слушайте меня внимательно, — сказала она, поставив на лавку кувшин и махнув руками, как училка у доски. — У нас теперь есть баня. Это уже цивилизация. Но! Мы не в санатории. Мы на краю света, где нас бы и жаба не нашла, если бы не корабль, рухнувший с небес. Так?

— Так, — пискнула Мирослава.

— А значит, нам нужны: пища, запасы, семена, ткань, соль, лекарственные травы, инструменты, посуда, свечи, иголки, нити, сапоги, тёплая одежда, оружие и место, где всё это хранить.

Баюн на всякий случай сел и вытащил лапкой бересту:

— Погоди, я записываю. Хозяюшка, ты ли это? Или тебя подменили?

— Подменили, — ответила Раиса. — Подменили той женщиной, что прожила семьдесят лет, прошла две реорганизации и три войны в инфекционке, и каждый раз всё равно готовила детям компот.

— Молитвы начались, — прошептал домовой Гниляй, выглядывая из кадки.

— Вот именно, — кивнула Раиса. — А теперь — главное. Князь дал нам день на раздумье. Ну, мы и подумаем. Только думать будем не о том, как бы клан понаряднее выбрать, а как бы построить своё, чтобы и жить было можно, и род был свой, и чтоб никто, извините, задницу клеймить не смел.

Мирослава села, как прибитая.

— Свой… род?

— Да. — Раиса в упор посмотрела на неё. — Своё поселение. Своё имя. Своё право. Мы не товар. И не припасы для чужих кланов. Мы — первородные на новой земле. А это значит, что имеем право стать родоначальниками. Главное — правильно это подать.

— Князь же не даст!

— А кто у нас тут вчера из грязного колодца воду пил? — сладко улыбнулась Раиса. — А кто сегодня после бани трижды на веник крестился? Вот он и даст. Особенно если красиво сказать, а ещё лучше — убедительно. Мы ему, видите ли, не угроза. Мы — решение проблем. Чистим, лечим, кормим. А за это — кусочек земли. Такой, где можно построить свою баню, огород и школу. А если хорошо пойдёт — и дом для сирот. Всё равно по горам бегают, как зайцы.

— Это, выходит, ты… княгиней хочешь стать?

Раиса пожала плечами:

— Да хоть и старостой. Хоть и ведьмой. Хоть и «этой самой» — если будет толк. Главное — своё. А там глядишь — и другие потянутся.

---

К вечеру Раиса села за стол и начала составлять список. Писала берестой по бересте, чернилами из золы и сока черники — пусть и грубо, зато крепко:

1. Семена: рожь, пшеница, репа, капуста, лук, чеснок

2. Ткани: лён, шерсть, полотно

3. Инструмент: топоры, пилы, лопаты, ножи, иглы

4. Посуда: котлы, миски, ложки

5. Лекарства: кора ивы, зверобой, мята, полынь, мази

6. Хозяйство: курицы, коза, пара гусей — для души

7. Люди: мастера, лекарь, повитуха, учёный или кто близко к нему

8. Из тайных пожеланий: соль, свечи, бумага, мыло, уксус

Потом вытерла руки о передник, глянула на Баюна:

— Ну что, котик, пойдём завтра князя уговаривать?

— Раис, — пробормотал он, — а ты точно не царица какая в изгнании? Или архимаг, что потерял память?

— Я — медик. А это страшнее архимага. Мы и мёртвых достаём. А князь у нас просто человек. Уставший, обозлённый, без веника.

Гниляй, вылезая из-под скамейки, усмехнулся:

— Ему бы баню построить. Он тогда любого род признает.

---

Следующее утро наступило быстро. Раиса, пригладив волосы и накинув чистый платок, отправилась в главный дом. За спиной — взгляд девчат, в руках — береста, а в сердце — упрямство, что и лошадь бы сдвинуло с места.

Когда она вошла, князь приподнял бровь. За столом сидело несколько старших — судя по одежде, приближённые.

— Раиса, — произнёс князь. — Вы пришли дать ответ?

— Пришла. Но сначала — встречный вопрос. Какой из родов даст мне и моим людям свободу, землю, баню и право не становиться чьей-то собственностью?

— Землю?

— Да. Вот список. Вот расчёт. А вот обещание, что через три месяца у вас будет новое поселение, которое кормит само себя и снабжает соседей лекарствами.

Она выложила бересту на стол. Один из советников подался вперёд, другие нахмурились.

Князь взглянул ей прямо в глаза:

— Вы хотите основать свой род?

— Нет. Я хочу основать своё место. А род — если выйдет. Вы же сами сказали: у нас новый мир, новые законы. Так пусть и начнётся по-новому. Не с драки, а с мыла.

---

Раиса вышла, не оборачиваясь. За её спиной шептались. Кто-то фыркал, кто-то хмурился. А она шла спокойно. Потому что знала: теперь у них есть шанс.

А Баюн, сидя на крыше, довольно урчал:

— Раиса, Раиса… великая ты женщина. Скоро про тебя песни слагать начнут. Только бы не про веник…

— Почему?

— А вдруг им понравится?