Изумрудный бал. Моя прелесть

Глава 2

Следующие несколько дней я продолжал думать о Ее Величестве Крыске и о ее хозяйке. Что-то в них обоих было. За десяток лет я научился философски относиться к своему проклятию. Проклятийники, к слову, смогли подтвердить, что заклятие на мне сильное и снимется только при выполнении заданного условия. А вот магистр Райн, увидев что-то в моем будущем, сказала успокоиться и ждать. Все случится в правильное время.

— Но ждать придется долго. Наберись терпения, — посоветовала провидица, и я послушался ее совета. Успел перебеситься.

Тот разговор случился через год, как я попал в академию и занял место преподавателя.

Сейчас у меня был великолепный повод навестить факультет бытовиков. Адептка постаралась, оставив мне свой рюкзак, от которого пахло яблоками. Залезать в чужие вещи я не привык, поэтому просто прицепил артефакт стазиса, чтобы фрукты не сгнили.

Заклинание я тоже знаю, но оно у меня почти никогда не получается долговременным. Причем любое заклинание. Поэтому я люблю артефакты и прививаю эту любовь своим ученикам.

Проводя вводные лекции для новоприбывших, я наблюдал за своим состоянием. Ничего. Проклятие продолжает исправно действовать, в то время как девушки не забывают строить глазки и флиртовать. Ничего в этом мире не меняется.

Мне приятно их внимание, но не более. Женская красота стоит того, чтобы ею любоваться.

В один из дней проклинаю ректора, и невозможность уволить слишком навязчивую девицу психолога. Ее дрожащий, высокий голос уже снится в кошмарах. Вот у кого уйма времени и столько демонов в голове, что низший ногу сломит и хвост отвалит.

Взвинченный ее “лечением”, выбрал камень поярче и сделал красивую брошь в виде цветка с сердцевиной из цитрина, замаскированного под золотой сердолик.

Перед сном вложил весь резерв в создание артефакта с несколькими составляющими. Одно из заклинаний вызывает отвращение к конкретному человеку. Пришлось пожертвовать собственную кровь, чтобы искупать украшение. Жаль, не сразу проявляется эффект. Нужно, чтобы подопытный несколько дней носил объект воздействия на себе. Потому и пришлось делать нечто в ее стиле, что Идан Теер не снимет, хотя бы неделю.

Второе лечит горло. Однако у этого старого заклинания есть побочное действие, и оно таково, что существо некоторое время не может говорить. Три дня перерыва уже счастье, а там, возможно, она на кого-то другого переключится.

Печалил факт, что вылечить ее безумных демонов вместо мозгов невозможно ни зельями, ни артефактами, приходится терпеть и изворачиваться. И хорошо, что дамочка не маг, не сможет увидеть, что навешано на брошке. А кто увидит, промолчит, я уверен, и, может быть, даже воспользуются идеей. Я улыбнулся своим мыслям. Понять замысел сможет маг, равный мне по силе или сильнее, а таких в академии немного.

Несчастная магистр Идан очень удивилась, когда я сам пришел в ее кабинет и, со словами: “молчите”, нацепил брошь на ее галстук. Неизменный атрибут ее костюма.

Врать не хотелось, поэтому сказал чистую правду, прежде чем покинуть кабинет.

— Я буду счастлив, если ты, Идан, будешь носить этот цветок.

Уже на завтра я знал, интуиция у этой женщины напрочь отсутствует, так как сияющую и молчаливую встретил магистра Идан у собственного кабинета. Она тихо просидела у меня минут сорок, а потом поднялась и вышла. Больше до самого новогоднего бала я не встречал нашего психолога.

Эта дама давно стала для Академии кем-то родным, пусть и непутевым. Зла ей не желаю, но и выслушивать ее сил больше нет. Полюбил бы ее уже хоть кто-нибудь, подставил бы свое сильное плечо, терпеливые уши и жилетку, на всякий случай. Нравятся ведь некоторым парням такие бедовые.

Каждый адепт рано или поздно понимает, что академия живая. Кому-то она помогает, кому-то предлагает испытания. Иногда можно открыть только что появившуюся дверь и очутиться в самом необычном месте. А кто-то видит замок совсем не таким, как другие.

Вот и в тот день. Я направлялся к выходу из академии, чтобы прикупить в городе нужных мелочей, когда мне под ноги упал знакомый рюкзак. Хоть я и думал ежедневно о гордой кошечке и ее хозяйке с глубокими глазами, но все откладывал поход к ней. Вероятно, пришло время, раз сама Академия настаивает на встрече.