Изумрудный престол

23

Если когда Глэсса напала на меня в прошлый раз, мне было скорее обидно и больно, то сейчас я действительно испугалась. Теперь мы не были в академии Пяти престолов, где не позволили бы безнаказанно убить студента, даже если он всего лишь слушатель. А сейчас... мы ушли далеко от ребят, они не успеют подоспеть ко мне на помощь, даже получись у меня закричать, чего вряд ли допустит Глэсса. Я хорошо помнила, как не могла и слова сказать из-за неподвижной челюсти.

Сердце учащённо билось от боли и страха. Давление ещё не превзошло мои пределы, но уже подкрадывалось к ним. Если рыжая усилит свою магию, мой организм начнёт разрывать на части... Я судорожно вздохнула, но даже это далось с большим трудом, рёбра едва двигались.

– Говори! – приказала Глэсса.

Да я не могу! Даже если бы захотела! Челюстью не пошевелить!

– М-м-м… – промычала я.

– Чего ты там невнятное бормочешь? – разозлилась рыжая, дёрнув за цепь.
От этого рука, на которую я опиралась, чтобы не рухнуть, ушла в сторону, и я свалилась, уткнувшись лицом в землю. Ну почему я падаю исключительно на него?!

– А! Ты же говорить не можешь, – рассмеялась рыжая, ослабив магию. Я облегчённо вдохнула воздух полной грудью, после чего села, вытянув ноги вперёд. Глэсса нахмурилась. – Говори, если не хочешь, чтобы я тебя здесь прикопала.

– Почему тебе это так важно? Ты влюбилась в Джонни или что? – попыталась я её разговорить.

– Не твоё дело! Ты должна просто отвечать! – она опять применила магию. Лишь на секунду, но на меня навалилось давление, тело пронзило резкой болью. Магия длилась всего мгновение, а вот боль проходила тягуче медленно.

– Я тебе всё расскажу. Не делай этого больше, – я схватилась за левый бок, который начал нещадно ныть.

– Договорились. Так откуда ты его знаешь? – уже более спокойно спросила рыжая.

– Мы были друзьями детства.

– Детства? Друзьями? Не может этого быть! Джонатан – единственный наследник Сапфирового престола. Ему бы не позволили общаться с кем попало.

“Однако сейчас он общается с тобой…” – подумала я, но промолчала.

– А откуда ты тогда знаешь Андрео? – нахмурилась Глэсса.
Я решила ответить правду. После этого она просто не осмелится меня трогать. Изначально я не хотела этого делать, чтобы ко мне не относились как-нибудь по-особенному. Но, увольте, я не мазохистка! А хуже, чем сейчас, уже быть не могло. В конце концов, сама моя жизнь сейчас стояла на кону!

Хотя конечно, скорее всего, она просто хочет меня припугнуть, но кто её знает… В любом случае, хватит с меня секретов.

– Он мой брат, – сказала я. И сразу на душе полегчало.

– Брат? – глаза Глэссы расширились. – Он твой брат?! – она глубоко вдохнула. – Не верю… – тихо проговорила она.

Фух… Что ж, её реакция вполне адекватная. Похоже, она действительно сторонник Светлого альянса, а не какой-нибудь подосланный шпион Тёмного. По её довольно злым привычкам применять силу к тем, кто её слабее, я уж было засомневалась... К какому она говорила, принадлежит престолу? Или не говорила?

Покрутив на левой руке тонкий серебряный браслет, я повернула его острым зубцом к запястью и до крови оцарапала кожу. После того как он слегка засветился блекло-зелёным, сосредоточилась и вытянула вперёд левую руку ладонью вверх. Если бы у меня была своя магия, этот небольшой артефакт не потребовался, а так мне приходилось использовать его. Сам бы по себе он не дал бы никакого эффекта, он просто считывал магию по крови владельца и активировал её при мысленной команде.

Над ладонью проявилась небольшая иллюзия ромбовидного изумруда. Он словно светился изнутри, переливаясь в этом свете зелёными и голубыми искорками. Этот символ не давал никаких прав и привилегий, но всё же показывал, что во мне течёт кровь того, кто сейчас сидит на Изумрудном престоле.

– Быть не может… – севшим голосом проговорила Глэсса.

– Это так, – я подобрала ноги, сев на колени, и, убрав иллюзию, попыталась отряхнуть с одежды грязь.

– Ты принцесса Изумрудного престола? – испуганно выпалила рыжая. Она вся сжалась и, кажется, даже начала слегка подрагивать. Я что, такая страшная?

– Стану ей, когда силу получу… – пожала я плечами, делая вид, что мне всё нипочём.

Хотя в голове крутилось ни “когда”, а “если”.