Изумруды для (не)любимого

9 глава. Едут!

Когда утром Пиппа принесла мне завтрак, по первому ее косому взгляду, брошенному на меня, я почувствовала всю степень неодобрения вчерашнего поступка.

- Пиппа, умоляю, прекрати! Не смотри так, словно я преступление какое-то совершила! Что мне было делать? Нужно было ребенка спасать!

- Госпожа, магичка разозлилась на Пэрис. Сказала, что ее зря позвали, потому как на коже мальчика нет ожогов! Он здоров. И даже лихорадки нет! И вообще никаких хворей! Я за вас боюсь...

Мне очень хотелось узнать, что ж за беда-то такая - зачем меня наказывать, или думать обо мне что-то плохое, если факт - вот он, на лицо, как говориться - я мальчика спасла! Чего еще надо?

Но не успела - за окном кто-то заорал во все горло так, что даже здесь, в замке было слышно:

- Воины! Наши воины возвращаются! Радость-то какая!

Как возвращаются? Я уже как-то смирилась с мыслью, что муж может и не вернуться с войны...

Вот только этого мне не хватало. Только-только привыкать начала...

С помощью Пиппы наскоро оделась. Она расчесала меня и быстро уложила волосы.

Страх скручивал низ живота в узел. Боже мой! Я уже успела много нехорошего услыхать о своем "муже". Но даже представить себе не могла, чего от него ждать! Да и вообще, какой он? Что за человек? Да и человек ли? А что если орк? Как с ним спать? Как его касаться? Бр-р-р! Мерзость какая!

Но я шла, как на эшафот, вместе со всеми слугами, половину которых даже еще не запомнила, встречать воинов у ворот. Потому что я уже знала порядок - домочадцы и, главное, я, как жена, должны отдать дань уважения героям - встречать их, выстроившись в ряд вдоль дороги.

-Госпожа, быстрее, - навстречу бежала Пэрис. - Всё готово для встречи, но они уже близко!

Опасаясь упасть из-за своей неуклюжести, бежала, как только могла! Вылетела за ворота, поправляя растрепавшиеся волосы.

Десятки всадников со знамёнами, в латах и шлемах ехали в направлении усадьбы по дороге. Вороные кони, красные попоны на них. У всадников на высоких железных шлемах чёрные перья. Мечи приторочены к поясам. Я такое только в фильмах видела!

Лиц не разобрать - шлемы плотно закрывают всё, кроме глаз.

Взгляд, скользнув по общей массе, прикипел к тому, кто ехал впереди. Это он? Это - мой муж? Боже, только бы не ошибиться! Иначе мне точно не миновать смерти!

У него был самый огромный, как мне показалось конь, абсолютно чёрный, как ночь. Мужчина управлял конём одной рукой. Со второй были сняты латы и она была обмотана какой-то светлой тряпкой, наподобие бинта. Из-под шлема виднелись пряди длинных темно-русых волос...

Мы встретились взглядами... У него глаза светло-голубые. Это неожиданно. Я вдруг только сейчас поняла, что здесь ни у кого больше голубых глаз не видела - только карие и зеленые! Его глаза, скользнув по мне, сползли на мой живот. И я, помимо воли, прикрыла его рукой!

Я не знала его! Боже, дай мне сил! Что говорить? Как себя вести? Уж он-то точно поймёт всё!

Оглянулась, ища глазами Пиппу. Мне хоть какая-то поддержка сейчас была нужна! За моей спиной столпились, кажется все обитатели крепости и даже соседней маленькой деревушки. Даже детвора благоговейно застыла, в восхищении глядя на приближающееся войско.

Лязгнув доспехом, первым с коня слез предводитель.

Моё сердце истошно колотилось от страха в груди! Какой он там, под шлемом? Я уже слышала пару раз, что изуродован. Как не выдать своего ужаса, когда увижу? Как сдержаться?

Он сделал несколько шагов в мою сторону. Вцепившись в подол трясущимися руками, во всё глаза я смотрела на него.

Кто-то из женщин за моей спиной выкрикнул:

-Да здравствует господин наш Деймон!

Её поддержали другие голоса:

-Вернувшийся с победой! И вернувший нам наших мужчин!

Он остановился. Обвел взглядом толпу. Потом поднял здоровую руку и медленно снял с головы шлем.

И я оторопело смотрела, забыв, что должна тоже поприветствовать его. Напрочь растеряв из памяти все слова, которым меня научила Пиппа.

Потому что он вовсе не был уродом. Абсолютно.

По правой щеке проходил глубокий и бугристый шрам, заканчивающийся во внешнем уголке глаза. На подбородке - тёмная щетина. Лицо было обветрено, на лбу царапина. Но... Господи, слава тебе! Он точно не был уродом. И кожа его не была зеленой!

Он вопросительно поднял бровь, презрительно глядя на меня. И я, наконец, вспомнила, что должна сказать.

-Приветствую тебя, муж мой. Я счастлива, что ты вернулся живым.

И мне кажется, прежде чем ответить, он понимающе и презрительно усмехнулся.

-Ни к чему сейчас красивые слова, - сказал он, кинув поводья от лошади подбежавшему мальчишке. - Сейчас прибудут обозы с ранеными. Позаботьтесь о них.

И все во дворе вдруг пришло в движение. Служанки толпой побежали в сторону кухни. Кто-то торопился к баням. А мужчины - в направлении конюшен.

И я, хоть и стояла истуканом возле ворот, пожирая глазами впервые увиденного мною человека... моего мужа, отлично понимала кто и чем займётся сейчас.