Изящная сделка

Глава 11. Андрей

Утренний выезд всегда лотерея. То за час управишься, то до вечера будешь разгребаться с показаниями и собирать материалы. Сегодня, судя по настроению майора, второй вариант.

– Соколов, не спи. – Сваровский хлопает меня по плечу, когда мы заходим в здание ЧОПа на территории коттеджного посёлка, где было совершено убийство. – Надо ещё раз опросить обе смены, их начальник собрал по распоряжению. Ты займись чоповцами, а я пройдусь по местным. Мы же не призраков, твою налево, ловим!

С чуйкой майора спорить бесполезно. Мы уже опрашивали охрану и всех, кто заезжал и выезжал. В этом посёлке, в отличие от двух других, территория просматривается буквально со всех сторон. Я и сам понимаю, что по логике тогда наши «призраки» должны быть на камерах.

Но проблема в том, что их не было. Мы установили личность каждого, кто въезжал и выезжал в посёлок за день до убийства, в день и на следующий. Ни-че-го. Майору это, разумеется, известно.

Однако мы снова здесь.

– Так точно, – вздыхаю я. – Не призраков, товарищ майор.

– Ну вот пойди и вытряси что угодно, чтобы закончить этот геморрой поскорее, – негромко ворчит майор. Мы подходим к двери в кабинет начальника охраны, и Сваровский, выдохнув, коротко стучит по ней и открывает. – День добрый, майор Сваровский, старший следователь. Это мой помощник Андрей, если кто забыл. Он побеседует с вами по одному.

Я окидываю взглядом мужиков. Их тут двенадцать человек, и почти все пялятся на нас с майором с раздражением. Кого-то мы задерживаем после ночной смены, других – выдернули с выходного. В общем-то, понять, чего они с кислыми рожами, можно.

– А мы с вами, Николай Степанович, пройдёмся по жильцам, – это майор говорит начальнику. – Вы подготовили списки?

– Конечно-конечно, – кивает начальник, вставая из-за стола, и берёт с крышки принтера распечатку. – Я отметил всех, кто сегодня дома.

– Отлично. Тогда за дело.

Сваровский с начальником уходят, а я остаюсь с хмурыми мужиками.

– Начнём в порядке очереди со смены, дежурившей третьего числа, – говорю максимально спокойно, игнорируя тот факт, что некоторые из охранников мне в отцы годятся. Сверяюсь со своим списком и называю фамилию: – Белозёров, вы первый. Остальные – ожидайте за дверью.

Мужики тихо ругаются, но подчиняются без возражений. Я дотошно выспрашиваю детали того дня. Что казалось подозрительным, заезжали ли незнакомые машины, были ли гости у жильцов. Те же самые вопросы, что и в первый допрос. Мужики как под копирку твердят, что не было ничего подозрительного.

Я уже откровенно нервничаю – майор же на мне отыграется за отсутствие результатов.

– Да ну что вы, в самом деле, – хмурится охранник чуть постарше меня. – Неужели в вашей конторе считают, что мы бы не заметили незнакомые морды за рулём машины, загруженной дорогим барахлом? Мы, конечно, не прям всех знаем, посёлок недавно ведь отстроили, но номера машин-то…

– Стой, – перебиваю я, отрываясь от записей. – Точно. Они же ещё картины украли, так?

– Ну, я не знаю… – удивляется парень. – Кажется что-то такое говорил Степаныч. Это ж ваши опись составляли, не?

Внутри нарастает жгучее чувство. Как будто я вот-вот ухвачу нечто важное. Как будто ответ на поверхности.

– Вы свободны. Пригласите, пожалуйста, Белозёрова, Круглова и Рожкова.

Охранник кивает и выходит, пока я достаю из своего портфеля документы по делу. Среди них нахожу опись пропавших ценностей и быстро пробегаюсь глазами по списку.

Вот оно.

Среди украденного была картина голландского художника стоимостью в несколько тысяч долларов. В описи указаны размеры картины, в багажник классического седана такая не влезет. Да даже в джип не поместится. Мы точно ищем большую машину. Возможно, газель.

И как мы с майором пропустили это?

В кабинет заходят охранники, работавшие в тот день. Я показываю им снимки машин, сделанные камерами. Под мою теорию всего-то три машины подходят.

– Посмотрите внимательно. Вы уверены, что знаете каждого владельца авто?

– Ну да, – отвечает без колебаний Белозёров. – Вот эта машина директора драмтеатра, вот эта…

– Вам ничего не показалось подозрительным? – я не даю ему договорить, чтобы не отойти от сути. – Вы уверены, что за рулём находились именно владельцы авто?

– Да в чём вопрос? – не понимает Круглов. – Конечно, уверены. На лобовом стекле же нет тонировки.

– Из дома убитого была похищена картина, она в длину почти два метра. В багажник не поместится, понимаете? Значит, вероятно, перевозилась в салоне. Это трудно не заметить.

– Ну так мы бы и заметили, – огрызается Белозёров. – Говорю же, ничего подозрительного. Мы знаем этих людей.

– Два метра… – вдруг хмыкает Рожков. – Да такая только в газель поместится.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Ну просто сама очевидность! Уже думаю, что снова оказался в тупике, как Рожков выдаёт:

– К нам только одна газель приезжала. Технари из «Премиум-Хауз».

– Чего?! – я аж голос повышаю. – В смысле? На камерах нет никакой газели.

– Этого не знаю, – пожимает плечами Рожков и смотрит на товарищей. – Ну вы помните, да? У них вызов был на неисправность системы «умного дома». Как раз в коттедже напротив от того, где грохнули Ерошина.

– А, ну да, – подтверждает Белозёров. – Было такое. Но они буквально на полчаса приехали.

– Кто это вообще? – спрашиваю я.

– Да фирмачи просто, – равнодушно говорит Круглов. – Они часто тут бывают. У «Премиум-Хауз» заключён договор с застройщиком. Они занимаются комплексным обслуживанием: установкой систем безопасности, системы «умный дом», планировкой интерьеров, организацией ремонта.

Твою мать. Ну вот оно! Осталось выяснить, связана ли «Премиум-Хауз» с другими объектами, где были кражи. И какого чёрта их нет на камерах. Впрочем, если они занимались системой безопасности в домах, то могли же и иметь доступ к камерам?

– Время помните? – я складываю документы в портфель и встаю, уже набирая майора.